Вход/Регистрация
Наркосвященник
вернуться

Блинкоу Николас

Шрифт:

Дэвид столь поспешно поднялся с места, что стул так и отскочил назад, проехался по отполированным плиткам пола и треснулся о стену. Он не стал его поднимать. Приглашение пришло к нему ниоткуда и столь нежданно, что могло оказаться просто недоразумением. Но он не хотел ничего знать. Он стремился обскакать время, чтобы, когда его коленки упрутся в их стол, этим людям было бы уже неудобно говорить, что они хотели лишь поздороваться и отнюдь не предполагали с его стороны такого вторжения в их воздушное пространство.

– Меня зовут Дэвид Престон, – протянул он правую руку мужчине.

Левой Дэвид уже придерживал за спинку третий, свободный стул. После приветствия он пододвинул стул поближе к женщине. Все было предусмотрено: если бы он не взял инициативу в свои руки, то мужчина мог бы подвинуться к женщине, и Дэвид оказался бы в одиночестве с другой стороны стола. Ему хотелось находиться между ними, немного ближе к женщине, но так, чтобы удобно было и поворачиваться к ней. Волновало его лишь то, что видок у него несколько потерянный и безнадежный.

Может, это он от одиночества теряет силы? И дело даже не в том, что ему не хватает общения. Дэвид еще не утратил своего чудесного дара ладить с людьми, кем бы они ни были и где бы он ни очутился. Но теперь он начинал побаиваться, что в один прекрасный день все это закончится. Переезжая с места на место, увядаешь быстрее, чем обычные люди, и кончается это тем, что тебя просто перестают замечать или – еще того хуже – смотрят через тебя. Вот это и есть настоящий кошмар.

Нет, в самом прямом смысле слова. Это кошмар. Именно так можно назвать его состояние на второй день пребывания здесь, после мучительной авиаболезни и отравления газом.

Дэвид отвернулся от мужчины, чье имя все равно тут же выветрится из памяти. В то же мгновение он вспомнил свой ночной кошмар. Он проснулся в уверенности, что увядает от одиночества, его охватил ужасный страх за собственное здоровье, подстегнутый некой публикацией, помещенной почему-то в газете "Ванкувер сан". Пять минут Дэвид провел, уставившись на собственную руку, изучая линии на ней и стараясь добиться того, чтобы линии жизни и здоровья проступили яснее, а линия любви превратилась в толстую косицу с бесконечными тупиками. Дэвид обычно не помнил своих снов, но этот сразу ожил в памяти при пожатии чужих рук. Особенно сухой и теплой женской ручки.

– София, София, София.

Он думал, что, повторив имя трижды, уже никогда не забудет его. Вернее, надеялся на это. Гарантии не было, в прошлом он забывал и гораздо более важные вещи.

– Мы знакомы? – спросил Дэвид.

Он и сам не знал, хочет закадрить ее или нет. Он почему-то об этом вообще не думал. А внутренний голос все твердил ему: вспомни, вспомни, вспомни. Он, как мог, старался улыбаться. Никаких причин для паники не было, тем более что паника ему не помогла бы.

– По-моему, нет.

Но и она чувствовала себя как-то неловко. Что-то все же было в ее движениях, но Дэвид никак не мог понять что. Поэтому он просто сказал:

– То есть пока нет. Может, мы встречались в будущем?

Он и сам не осознавал, что нес. Изо всех сил он пытался удержать улыбку на лице, больше ни о чем и думать не мог. Он вспомнил, как когда-то слышал, насколько трудно приходится пловцам в синхронном плавании, какое напряжение они вынуждены терпеть с неизменными улыбками на лице.

Но чепуха, которую он порол, каким-то чудом разрядила ситуацию. Спутник женщины расхохотался и похлопал Дэвида по спине, говоря:

– В прошлом, в будущем – откуда нам знать?

Дэвид решил, что либо в его словах уловили некий тайный смысл, либо парень просто сильно пьян. Дэвид воспользовался случаем и переспросил, как его имя. Тот представился Юсуфом, и Дэвид вновь с энтузиазмом пожал ему руку. Каким-то образом он уже знал, что этот парень и прекрасная София – просто друзья, и ничего больше.

Дэвид вновь повернулся к ней:

– Нет, правда. Я не знаю, как это объяснить, и чувствую себя ужасно неловко, но мне все-таки почему-то кажется, что я вас знаю.

– Сомневаюсь, – улыбнулась она.

Ее можно было бы назвать скромной, если бы слово это не несло в себе некий оттенок слабости. А София отнюдь не выглядела слабой.

Он все рылся и рылся в уголках своей памяти и наконец нашел:

– Ваш голос.

– Голос? Нет, это невозможно.

Он мог поклясться, что она покраснела, и одно это уже подействовало на него ободряюще.

  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 14
  • 15
  • 16
  • 17
  • 18
  • 19
  • 20
  • 21
  • 22
  • 23
  • 24
  • ...

Ебукер (ebooker) – онлайн-библиотека на русском языке. Книги доступны онлайн, без утомительной регистрации. Огромный выбор и удобный дизайн, позволяющий читать без проблем. Добавляйте сайт в закладки! Все произведения загружаются пользователями: если считаете, что ваши авторские права нарушены – используйте форму обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка

Контакты

  • chitat.ebooker@gmail.com

Подпишитесь на рассылку: