— Мариша, я…

Мариша повернулась к Джерому. Лицо ее выражало… любопытство? Надежду?

— Не знаю, как тебя благодарить.

— Ты и не должен. Я рада знакомству с тобой, Джером. Спасибо Килаку за то, что привел тебя к нам.

Джером задумался над подходящим ответом, но слов не находилось. Мариша направилась к выходу, а он опустился на кровать, тоскливым взглядом провожая девушку.

У самых дверей она снова обернулась.

— Никогда не сдавайся, — подбодрила она Джерома с очаровательной улыбкой. — То, что ты ищешь, существует.

Джером лишь смущенно глядел на нее. Пока он собирался с мыслями, Мариша вышла из комнаты.

Как и было решено, на следующее утро пришло время отправляться в путь. После пробуждения Джерома прошла целая неделя, и двенадцать дней со времени его прибытия в Феверрут. Спина еще до конца не зажила, но левеллинцы заверили юношу, что рана вряд ли потревожит его, если он будет осторожен. Когда первые солнечные лучи робко пробрались в лес, пришло время прощаться с друзьями из Феверрута.

Объятия, на которые так надеялся Джером, не заставили себя ждать. С трудом скрывая нетерпение, встретил он Маришу.

— Верь, — сказала она Джерому. Именно это услышал он от Мариши накануне вечером, когда им наконец удалось встретиться после разговора в спальне. Она, кажется, намекала на таинственный Алый Меч. Если желание его так сильно, а вера крепка, он станет обладателем талисмана. Джером задумчиво посмотрел на девушку и хотел задать какой-то вопрос, но очаровательная улыбка сбила его с толку.

— Верю, — сказал он девушке, сжимая ее в своих руках.

Она порывисто обняла, а потом отстранилась, чтобы попрощаться с Эллайеном и Килаком.

С остальными раскланялись достаточно быстро. Джером сердечно поблагодарил левеллинцев, спасших ему жизнь. Лекари Феверрута в очередной раз не согласились взять плату за работу. Мастер Нимбрус и остальные наотрез отказывались от вознаграждения за помощь, оказанную друзьям Килака Кронуса. Так что Джерому оставалось лишь благодарно кивнуть и еще раз выразить свою признательность. Эллайен и Килак распрощались с левеллинцами, путники вскочили на коней и тронулись в путь, на прощание помахав друзьям рукой.

Вскоре Феверрут скрылся за паутиной ветвей, и путешественники остались наедине с извилистой лесной тропой.

Когда Джером и его друзья покинули Феверрут, Мариша вернулась к своей работе. Правильно ли она поступила? Впервые встретился ей человек, которому хотелось рассказать все. Но девушка была рада, что не сделала этого. Ее терзали глухая боль и тоска, но Мариша выполнила волю отца и сохранила тайну.

Кажется, она упустила единственную возможность, и это тревожило ее. Выяснилось, что о своем предназначении Джером знает слишком мало. Наверное, требовалось нечто большее, чем просто поддержать юношу на его пути. В такое невероятное время наконец появился тот, кто верил. Марише не были близки рассуждения Джерома о судьбе, и ей оставалось лишь дивиться тому, что их пути пересеклись. Хотя они совсем немного успели друг другу рассказать.

Мариша покачала головой. Легенды и сказки говорили, что многие храбрецы отправлялись на поиски Меча Азахиля и раньше. Просто он был единственным, который встретился Марише, и девушке полюбились его самоотверженность и упорство. Джером умел в одиночку противостоять насмешкам. Но если приключение завершится неудачей, он ничем не поможет Марише.

Девушка верила, что, если Джером разыщет Меч, она узнает об этом, и тогда, наверное, все расскажет ему. Они поймут друг друга.

Девушка складывала чистые простыни в опустевшей комнате. Отложив работу в сторону, она подошла к окну и огляделась вокруг. Убедившись, что поблизости никого нет, Мариша осторожно вынула из складок платья заветный кулон. Встретит ли она когда-нибудь снова Джерома?

Сквозь полог дождя Невик уныло следил за железными воротами, которые устояли под очередной атакой тарана. Дюжина ударов оставили лишь царапины на почерневших створках. Тучи зажженных стрел сыпались на войска противника. Бойцы со стонами падали на землю. Под хриплые крики их души покидали страшную сцену битвы. Невик наблюдал за осадой, по приказу отца стоя рядом с ним за линией основных сил, где жадно завывали ветра. Таран обрушился точно на щель между створами южных ворот. Снова безуспешно.

— В сторону! — голос Нора возвысился над оглушительным шумом битвы. — Ворота прокляты!

Солдаты по команде оставили таран, установленный на огромной телеге, и побежали к барону в ожидании нового приказа.

— На осадные башни! — проревел Нор. — Готовьте лестницы! Поднимемся на стены!

К крепостной стене подкатили четыре массивные, неповоротливые башни. Оси скрипели и стонали под тяжестью, а колеса оставляли глубокие траншеи в грязной земле. Солдаты карабкались к верхушкам осадных сооружений по веревкам и опорам, чтобы вступить в бой за родную землю. Битва началась. Лестницы ударились о камни городских стен, и бойцы устремились вверх по ступеням под прикрытием стрелков. Кровь загорелась в жилах Невика. Он ощутил гордость за свое войско.