Попов Петр Г.
Шрифт:
А дело в том, что прошел год со дня смерти отца, снят траур. Значит впервые без отца дети попытались собрать гостей. Вероятно ждали, что как при покойном - командире бригады - придет много народа. Стол накрывают человек на пятьдесят, не меньше... А собрались те же люди, которые и так ходят к Прозоровым чуть ли не каждый день. «Гости не идут!» - вот исходное. Тогда понятно напряженное ожидание сестер, их смятение, внезапные слезы. Тогда понятно, почему Маша «в мерлехлюндии», почему она, не дождавшись гостей, собирается домой, горько констатируя: «В прежнее время, когда был жив отец, к нам на именины приходило всякий раз по тридцать - сорок офицеров, было шумно, а сегодня только полтора человека и тихо, как в пустыне...»
Впервые сестры почувствовали по-настоящему свою ненужность, отрезанность от прошлого. Тогда понятно, что Ольга, пока еще есть шанс, что кто-то придет, пытается поднять настроение, доказать, что все не так плохо. Это уже задача, способная увлечь актрису, пробудить в ней энергию. Глядишь, и, текста окажется мало, особенно если учесть, что порывы Ольги натыкаются на холодное и трезвое нежелание Маши создавать иллюзию праздника...
Пожалуй, идеальный, почти хрестоматийный пример драматургической конструкции начала пьесы - первое и второе ярения «Бесприданницы» А.Н.Островского Не случайно в качестве примера анализа «экспозиции» так любят ссылаться на «Бесприданницу» театроведы и режиссеры. Пьеса начинается диалогом Гаврилы - хозяина кофейной на бульваре и слуги в той же кофейной - Ивана. По ремарке «Гаврило стоит в дверях кофейной, Иван приводит в порядок мебель на площадке». Хозяин и слуга, на первый взгляд, лениво обсуждают нравы города Бряхимова, потом появляется богач Кнуров, зачем-то заходит в кофейню, садится читать газету. Далее приходит другой богач Вожеватов и мы узнаем, что он ждет с Волги Паратова, который намерен продать Вожеватову свой пароход. А.М.Поламишев, считает, что приезд Паратова не может быть признан «исходным событием» («первым конфликтным фактом»), т.к. в этом событии не участвуют нетолько Огудаловы с Карандышевым, что справедливо, но и Таврило с Иваном, что уже может быть подвергнуто сомнению. Таким образом, «первым конфликтным фактом», по мнению Поламишева, может быть только «Опять воскресный полдень в Бряхимове». Но в этом случае действие, хотя Александр Михайлович и настаивает на его конфликтности по отношению к факту, рассыпается на эпизоды, теряет динамику, а в итоге превращается именно в ту самую «экспозицию», с которой так яростно борется Поламишев, в экспозицию быта и нравов города Бряхимова. А если все-таки известие о предстоящем появлении Паратова является «исходным событием» первого акта «Бесприданницы»?
– О, тогда все меняется! Тогда оказывается, что Гаврило и Петр непросто торчат в кофейной, а готовятся к появлению богатого и щедрого клиента, которого важно не упустить, перехватить. И Кнуров, оказывается, не просто «как всегда» прогуливается по бульвару для моциону (зачем тогда об этом говорить?), а специально (возможно вообще - впервые!) заходит в кофейню с целью как бы невзначай встретиться с Паратовым.
Противоречит ли такое решение автору?
– Ничуть. Все в городе, кому нужно, знают о приезде Паратова, готовятся к нему. Ведь если Сергей Сергеевич сам дал телеграмму Чиркову - хозяину извоза - с просьбой встретить, то уж, конечно, новость распространилась по городу. Как тогда выразительно начало! Иван не просто приводит в порядок мебель, а по чрезвычайным Обстоятельствам, Гаврило не просто «смотрит на Волгу», он ждет пароход. Действенным становится и поведение Кнурова: читая газету, он скрывает свой интерес и ожидание. А как же тогда Карандышев, Огудаловы?
– Да, они в этом событии не участвуют никак, у них своя жизнь, предстоящая помолвка. Это потом две линии схлестнуться в драматической борьбе. Потом!
Ну, а как же «исходное событие» связано с «ведущим предлагаемым Обстоятельством»?
– Связь между ними обнаруживается чрезвычайно существенная, хотя, на первый взгляд, не всегда наглядная. Зато насколько понятнее становится происходящее, когда эта связь выявляется.
Скажем, начало «Вишневого сада». Что общего между происшедшей аж сорок лет назад отменой крепостного права и приездом из Парижа барыни?
– Давайте посмотрим... Все уехали на вокзал встречать Раневскую. Дома осталась только прислуга да заснувший почему-то в кресле Лопахин, Почему он заснул? Почему его не разбудили? И как сам Лопахин реагирует на это? Почему он сначала ударяется в воспоминания о своем детстве, а потом вдруг начинает «воспитывать» горничную: «Очень уж ты нежная, Дуняша. И одеваешься, как барыня, и прическа тоже. Так нельзя. Надо себя помнить»?
– А все дело в том, что Лопахин -»из крепостных». При всех его богатствах и положении, для «бывших» он чужак, хам, выскочка. И не может Гаев смириться с тем, что бывший «его человек», сын и внук крепостных, принадлежащих отцу Гаева, сегодня не только запросто является в дом своего бывшего хозяина, но еще и держится с ним на равных. Потому Лопахин и заснул, ожидая запаздывающий поезд, что никто здесь с ним не общается, потому и не разбудили Ермолая Алексеевича. Симеонов-Пищик, пусть нелепый, пустой разорившийся, кстати, засыпающий постоянно!, но он - свой, его будят и берут на вокзал. А Лопахину указали его место - с челядью. «Человека забыли!»- с этого начинается пьеса, этим она и заканчивается... Теперь понятна горечь, с которой Лопахин вспоминает о своем «мужицком» происхождении, теперь понятна его скрытая самоирония «Надо себя помнить» в подшучивании Над Дуняшей, такой же «мужичкой»... Так «ведущее предлагаемое обстоятельство» давая толчок теме и конфликту, проявляет себя во всех событиях сюжета, начиная с «исходного» и вплоть до финала.
VII
Следующим после «исходного» узлом, на котором держится структура сюжета, по Товстоногову - Кацману служит так называемое « определяющее событие».
В свое время я был, каюсь, весьма агрессивным противником необходимости особого обозначения этого узла. В самом деле, ведь если событие важное, значит, его и так не пропустишь. Но практика стала подсказывать: нет, ты не прав, не так все просто. Стремление понять досконально механизм метода возвращало вновь и вновь к мысли об «определяющем». Ведь если я не шарлатан, не занимаюсь сознательно всякой заумью и не собираюсь морочить голову зрителю глубокомысленной ахинеей, являющейся по своей истинной сути родной дочкой дилетантизма, моя профессия требует от меня умения внятно простроить сюжет спектакля или, как замечательно говорит Джорджо Стрелер: «Мое ремесло - это рассказывать людям истории» [14]. Если рассказываю историю, я должен уметь это делать. Чтобы научиться чему-либо, нужно знать законы, по которым существует изучаемое явление иди изучаемая деятельность.
Вот, скажем, все та же «Бесприданница». Мы уже говорили, что одна ее действенная линия, связанная с «исходным», подчинена событию «приезд Паратова». Эта линия «работает» достаточно долго: до момента появления Огудаловых с Карандышевым поведение присутствующих на сцене Ивана, Гаврилы, Кнурова, Вожеватова и промчавшихся за сценой на четверке Чиркова с цыганом - так или иначе отражает ожидание предстоящей встречи. С приходом Карандышева и Огудаловых заявляет о себе вторая линия, связанная с замужеством Ларисы. На какое-то время пришедшие берут внимание на себя, возникает скрытая борьба двух, пока еще не связанных друг с другом, коллизий. Вожеватов и Кнуров уходят на пристань. Лариса и Карандышев остаются вдвоем, их поведение связано с предстоящей помолвкой, событие «приезд Паратова» на них никак влиять не может. Но вот они ушли, а на сцене появляется, наконец, сам Паратов со всеми встречающими. Первая линия снова становится главенствующей. Теперь - внимание! Вот Паратов узнал о том, что Лариса выходит замуж, Событие?!
– Нет еще, это известие не повлекло пока за собой никаких поступков... А вот и поступок: «Заеду я к ним, заеду; любопытно, очень любопытно поглядеть на нее». Все, две линии пересеклись! Узнав о решении Паратова, присутствующие приходят в оживление: Паратова пригласят на обед к Карандышеву, будет потеха! А потом, наверняка - продолжение... Вот оно - событие! Если бы Паратов, узнав о предстоящем замужестве Ларисы, не захотел бы ей мешать, ее тревожить, все было бы иначе, линии приезда Паратова и замужества Ларисы так бы и не пересеклись. Таким образом, роковое решение Паратова определило дальнейшую драму. «Экспозиция» закончена, начинается «интрига». Эти устаревшие понятия из области теории драмы, как бы мы над ними ни иронизировали, не на пустом месте появились. Играть их нельзя, но и не учитывать - тоже глуповато: законы развития изложения сюжета, законы зрительского восприятия не нами придуманы, они заложены в самой природе драматического искусства и знать их весьма полезно. Полезно хотя бы для того, чтобы грамотно уметь преодолевать «литературу» режиссурой.
Предельно выразительна композиция «Ревизора» Н.В.Гоголя. Вот одна линия: Городничий, чиновники, известие о прибытии ревизора. Другая: Осип, клянущий жизнь и хозяина, Хлестаков, застрявший в гостинице, терзаемый долгами и голодом. Но вот Городничий пришел в гостиницу, увидел Хлестакова и поверил, что тот - ревизор. Вот оно - определяющее! Не обманулся бы Антон Антонович, не было бы всей знаменитой комедии.
Значит, как же важно для режиссера верно оценить «определяющее событие», понять и замотивировать его природу. «Почему так произошло?» - Ответ на этот вопрос может оказаться принципиален для всей концепции спектакля.
Особенно остро ощутил я важность внятного выявления позиции постановщика по отношению к «определяющему событию», разбирая с режиссерами Республики Коми спектакль Воркутинского молодежного театра «А зори здесь тихие» по повести Бориса Васильева. Сам по себе спектакль был очень хорош: и девочки - молоденькие, типажно точно подобранные режиссером, играли искренне и с полной отдачей, да и Веское был убедителен. Но чего-то спектаклю явно не хватало... На вопрос «О чем спектакль?» - кроме общих слов участники обсуждения, люди опытные и грамотные, ничего ответить не могли. Тогда мы попробовали пройти по событийному ряду. «Ведущее», «исходное» были названы без особых проблем... А вот где «определяющее»?
– Появление в лесу немцев?.. Нет еще, после обнаружения противника события могли развиваться как-то иначе... Где тот поворот, который определил неизбежность будущей катастрофы?.. Васков сообщает начальству по телефону о случившемся. Получив приказ остановить немцев, он собирает девушек, инструктирует их и идет с ними на выполнение задания. Вот здесь где-то, очевидно, и находится «определяющее»... Артист в воркутинском спектакле по-военному четко докладывал, принимал приказ, незамедлительно шел его выполнять. И что? А лично сам Васков как относится к происшедшему, что для него этот приказ? Если он просто винтик военной машины, не имеющий личной позиции, - зритель вместе с таким Васковым «проскакивает» мимо события, оно никак его не затрагивает, что и произошло со зрителями на спектакле воркутян. Стоп!.. Но это же «определяющее событие!» Как же можно его не заметить?!