Шрифт:
Сообщив брату столь очаровательную новость, Генри писал далее, что лорд и леди Монтберри, сопровождаемые детьми и Агнессой Локвуд, прибудут в Венецию через три дня.
«Они ничего не знают о чертовщине, творящейся в гостинице, — писал Генри, — и по телеграфу заказали лучшие помещения. Думаю, не стоит пугать дам и детей рассказами о наших злоключениях. Нас будет так много на этот раз, что никакому привидению с нами не справиться. Я, разумеется, приеду встретить дорогих путешественников и вновь попытаю счастья поселиться в стенах дворца.
Артур Нарвилль с молодой женой добрались до Трента, откуда в сопровождении родственников новобрачной отправятся в Венецию».
Возмущенный поступком французского коллеги, Фрэнсис тотчас собрался в дорогу. Перед отъездом он побывал у администратора и с удовлетворением узнал, что телеграмма лорда Монтберри получена и комнаты уже приготовлены.
— Я полагал, что членам нашего семейства въезд к вам теперь запрещен! — заметил он иронически.
— Номер «Тринадцать-A» занят посторонней дамой, сэр, — в том же тоне, но с известной долей уважительности, отвечал управляющий, — так что опасности никакой, и я, как верный слуга компании, не имею права лишать гостиницу доходов.
Фрэнсис кивнул и распрощался, не прибавив больше ни слова. Стыдно сознаться, но он чувствовал непреодолимое любопытство ко всей этой истории. Ему до чертиков хотелось знать, чем кончится посещение злополучной комнаты мисс Локвуд, как поведет себя далее «миссис Джеймс», которая семейству Монтберри отнюдь не была «посторонней». Но… будь что будет! «Миссис Джеймс» облекла его своим доверием. И мистер Вествик сел в гондолу, почти гордясь доверием «миссис Джеймс».
Лорд Монтберри со спутниками прибыл в гостиницу в точно назначенное время.
«Миссис Джеймс» из окна наблюдала картину приезда. Первым из гондолы выбрался милорд. Он подал руку супруге и помог ей вскарабкаться по довольно крутым ступеням. Затем его попечению были поручены трое детей. Последней в дверях каюты показалась Агнесса Локвуд. Она внимательно оглядела фасад здания. «Миссис Джеймс», наблюдая за девушкой в бинокль, отметила, что лицо ее было бледно.
Глава XXI
Лорда и леди Монтберри встречала экономка гостиницы, управляющий отлучился по делам.
Путешественникам в первом этаже дворца были отведены три комнаты: две спальни и гостиная. Удобные смежные меж собой помещения понравились вновь прибывшим постояльцам. В них решено было разместить милорда с миледи и младших детей. Комната же для Агнессы и Марианны, старшей дочери лорда, с которой мисс Локвуд обыкновенно жила во время путешествия, оказалась довольно удалена от покоев основной части семейства. Что поделать? Еще одна, смежная с гостиной, спальня была уже занята одинокой вдовой-англичанкой, Комнаты в другом конце коридора также были полны. Леди Монтберри напрасно выражала свое недовольство. Экономка вежливо, но твердо отвечала, что нельзя причинять неудобства другим жильцам, переселяя их с места на место по чьей-то прихоти. К тому же комната, отведенная для молодой мисс и девочки, хотя и находится на втором этаже, считается одной из лучших спален гостиницы и удовлетворит любой, даже самый взыскательный, вкус.
Пожелав постояльцам приятного отдыха, экономка удалилась. Леди Монтберри приметила, что в продолжение разговора Агнесса сидела поодаль с отсутствующим видом, но совсем не интересуясь результатами переговоров с экономкой. Что случилось? Не приболела ли она? Нет, просто немного утомлена дорогой. Ничего страшного. Услышав о недомогании, лорд Монтберри предложил Агнессе выйти в город и немного развеяться, вдохнув глоток свежего вечернего воздуха Венеции. Агнесса с радостью приняла предложение.
Они направились к площади Святого Марка, чтобы насладиться ветерком с лагуны. Агнесса впервые находилась в Венеции. Очарование единственного в мире города тысячи каналов произвело сильное впечатление на ее чувствительную натуру. Прошли условленные полчаса, и еще полчаса, прежде чем лорд Монтберри сумел напомнить девушке о семье, которая ожидает их к ужину.
Возвращаясь во дворец, они не приметили дамы в глубоком трауре, прохаживающейся по открытому пространству площади, потому что шли придерживаясь колоннады и были увлечены беседой.
Дама, напротив, завидев пару, вздрогнула, как будто узнав кого-то, и, с минуту поколебавшись, двинулась за ней следом.
Леди Монтберри встретила припозднившихся гуляк в отличном настроении и рассказала им о том, что произошло в их отсутствие.
Спустя десять минут после ухода милорда и Агнессы экономка принесла миледи записку от англичанки, занимающей смежную с их гостиной комнату, ту комнату, которую ее сиятельство напрасно старалась отхлопотать для Агнессы и Марианны. Назвавшись «миссис Джеймс», вежливая вдова поясняла, что узнала от экономки о возникших у леди Монтберри затруднениях с размещением домочадцев, и предлагала поменять свою спальню на комнату мисс Локвуд. Она проживает одна, писала миссис Джеймс, и ей абсолютно безразлично, на каком этаже ночевать, лишь бы помещение хорошо проветривалось и было удобным. Свои вещи она уже собрала и велела вынести, так что комната 13-А находится в полном распоряжении молодой мисс и девочки.