Шрифт:
песня
Колокол Всея Руси над Русью необъятною летит И соловьем июньским заливается, А Русь иль спит, или, убитая, молчит, Иль на погост с похмелья собирается… Родимая моя! Пора вставать! Пора убрать бурьян с полей И водку дьявольскую вылить на помойку, Пора врага жестокого изгнать, Пора детей рожать и стариков лелеять, Пора вора проклятого топтать, Пора вставать с демократических коленей… Колокол Всея Руси над Русью необъятною поет, Как белый лебедь над Святою Русью реет… И Русь встает во весь свой исполинский рост И гонит прочь демократических пигмеев… Ах, колокол Всея Руси над Русью непокорною летит, Как белый лебедь над Святою Русью веет… О, русский брат мой! Очи к небу подними — Там Спас с Мечом сбирает русских воинов небесных… Там Спас с Мечом верозащитным собирает Русское земное Ополченье… Воистину! Оно грядет на Русь, как дождь на высохшую землю…2011
Осенние сны
2011
V. ПОЭМЫ
Боязнь смерти — от бесов. Это они вселяют в душу такой страх, чтобы лишить надежды на милосердие Божие…
…Не думай о смерти, ибо Тот, Кто привел тебя в этот мир, Тот и возвратит тебя домой…
Чайхана над бездной
Посвящаю эту поэму Сергею Овчинникову — моему мудрому трепетному другу, врачу и писателю от Бога, заступнику Русского Слова
Дервиш сказал:
— Великая любовь к земной жизни — это грех. И отсюда — низкий страх смерти…
О человече! И что ж ты печалишься, и рыдаешь, и озираешься, когда уходишь из отчего дома своего, если придется тебе навек (навек, о Господь мой?) уйти из тела своего — дома вечной души?..
Дервиш сказал:
— Все Пророки все Учителя Человечества учат человека как жить…
Но хоть бы один Пророк учил меня, как умирать? как с земли уходить? И куда?
Хоть бы одного Учителя Смерти послал бы Творец на землю, чтобы облегчить уход исход всякой вечной душе и бедному тленному телу, к которому так прилепился прижился приютился привык человек на земле…
И вот ему прощаться навек с домом гнездом родным души-птицы безвинной…
Вот смерть моя пришла, а как встречать древлюю Гостью эту в цыганской кашмирской пахучей побитой облепленной кишащей молью и вьющимся червем одежде Ея?
И стая золотой аральской саранчи объемлет Ея, и летит нежно саранча на тебя, когда ты улыбчиво выходишь из приречной мазанки кибитки сладчайшей твоей навстречу Смерти твоей и гладишь напоследок налету саранчу летучую Ея?
Мудрец Даль говорит: Смерть — конец земной жизни, разлученье души с телом…
Смерть человека — конец плотской жизни, воскресенье, переход к вечной…
Человек родится на смерть, а умирает на живот, на жизнь…
Дервиш говорит смиренно:
— Но вот, как долгий праздник, я сладко прожил эту плотскую жизнь и хочу сладко празднично покинуть земную жизнь мою.
Так много человеков помогало мне в жизни моей, а кто утешит в смерти?..
О Брат мой, ты самоубийца?
И хочешь разрушить поджечь тело свое болезное, ветхое — дом души твоей?..
А таких Господь Отец осуждает
И какой Отец хочет, чтобы дитя Его убило себя?
О безымянный Пророк Смерти приди и проводи меня в мир вечности, в мир вечного покоя, в мир таинственного загробья…
Как молодая мать моя сладостно провожала меня в детский сад в детстве моем…
Да есть ли Загробье это, Господь мой?..
О Пророк Смерти и если жизнь — это праздник,
то и смерть — вечный праздник? Да Учитель смерти моей? Да? да? да?
А дервиш говорит:
— Все люди вышли из рая и идут в рай! Все!
И грешники и чистые! Все обречены на рай…
Ад есть только на земле…
Но вот я прошел земной скоротечный ад и алчу вечного рая…
Брат мой, но пред Вечным Раем — есмь Страшный Суд за грехи земные твои…
И что ж ты забыл во многих грехах-червях твоих о Суде Воздаянья?
И хочешь обойти Суд этот без покаянья…