Шрифт:
Пропетляв по лесу и оторвавшись от стражника, мы повалились на землю, давясь от хохота и восторга.
— Вот ангел подери, давно я так не бегал! — выдохнул Де Мор.
— Демон подери, — согласилась я. Мы переглянулись и покатились со смеху, — просто так, без причины. В кои-то веки мне было весело безо всякого повода; я была счастлива этим моментом и ни о чем абсолютно не думала.
Мы смеялись, пока могли смеяться. Не знаю, как Де Мор, а я у меня уже минут через десять заболели бока.
— Ладно, попробуем твои яблоки, — вздохнула я. Приняв из рук Де Мора золотое яблоко, я потерла его рукавом и откусила.
Фуууууу!!! Да они же горькие!
— Привередливым ангелам не по душе демонические яблоки? Вот незадача. — Де Мор фыркнул и, отобрав у меня яблоко, откусил сразу половину. За что и поплатился. Я прыснула со смеху: запомню навеки это страдальческое выражение лица. — Фуу, ну и гадость!
К счастью, остальная добыча оказалась слаще и приятнее на вкус. Красные яблоки Де Мор упрямо не давал мне в руки, зато желтые оказались, как клубничный сироп. Клянусь, одно из яблок очень напоминало по вкусу клубнику.
Объевшись, я растянулась на траве и прищурилась. Де Мор с аппетитом грыз яблоко, ветер играл в белых волосах, и сейчас демон казался не демоном, а вполне себе ангелом. Разве что фиолетовые глаза — цвет необыкновенный даже для нас. Игорек задал интересный вопрос, сейчас им задалась и я.
— А твоя семья… жива? — спросила я, не зная, как подобрать слова. Вот моя семья, это очень болезненная тема. Каждый раз, когда мне задавали в школе вопросы о родителях, я пожимала плечами и уходила от ответа. Да что тут ответишь? Мне никогда никто о родителях особо не рассказывал, а я не задавала вопросы. Легче мириться с чем-то, когда знаешь, что иного быть не может.
Де Мор замялся, мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то вроде сожаления, боли и гнева, — все сразу, — но когда демон перевел взгляд на меня, в его глазах плескалось лишь веселье. Он растянулся рядом со мной на боку, его лицо оказалось прямо напротив моего. Не выдержав, я села: слишком он близко, этот демон.
— С чего такой вопрос? Неужели тебе захотелось узнать обо мне побольше, ммм?
— Да ты… ничего подобного! — У меня даже дар речи пропал. Ну почему, почему этот демон все переворачивает так, что начинают гореть щеки?! — Просто спросила, нельзя, что ли?
— Ну признайся, я же тебе интересен?
— Нет.
— Обманывать себя нехорошо, ангел мой, — ухмыльнулся демон. Я надулась, скрестила руки на груди и сдула волосы с лица.
— Забудь. Снимаю вопрос. И вообще, — я отбросила руку Де Мора, накручивающего кончики моих волос на палец, и отодвинулась, — слишком ты высокого мнения о себе.
— А ты себя обманываешь. Я тебе нравлюсь, — хмыкнул демон. Да что с ним говорить?! Я отвернулась и, положив подбородок на подтянутые к груди колени, принялась мысленно душить демона. Нахал какой-то!
Или очень умело увел разговор от темы семьи.
— А чего хотел ваш Аэль или как там вы его называете?
— Игорек? — уточнила я, радуясь, что демон переключился с личного на деловое. — Да ничего хорошего.
— Ммм, — Де Мор явно задумался. А с чего он вообще спрашивает? Шпионит, что ли? Но стоило мне подозрительно покоситься на демона, как Де Мор подмигнул. — А как насчет еще по яблочку? У меня серебряные остались, хочешь?
Я потянулась за яблоком, но демон перехватил мою руку, притянул к себе и улыбнулся довольной улыбкой Чеширского кота. Фиолетовые глаза завораживали, золотые искры вспыхивали в их глубине, и, засмотревшись, я пропустила момент, когда рука Де Мора коснулась моего лица, а пальцы заскользили по щеке к губам.
— И все-таки, — он осторожно коснулся нижней губы и прошептал, — ведь я тебе нравлюсь, признайся?
— Да чтоб тебя! — Оттолкнув развеселившегося демона, я вскочила и топнула ногой. — Нахал, вот ты кто!
— Нравлюсь, нравлюсь, нравлюсь! — принялся дразниться демон и, откинувшись на траву, положил руки под голову и довольно сощурился. — Все равно тебе от меня никуда не деться! Я всегда получаю то, чего хочу.
— Ты что, правда не в ладах с головой? — выдохнула я.
— Вот увидишь, — медленно сказал демон, и его лицо стало хищным, а глаза непривычно серьезными. — Я умею ждать и дождусь, пока ты будешь моей.
Правда не в ладах с головой… я отпрянула, вспомнив, что душа демона — потемки, и они мастера масок. На мгновение мне стало страшно, я почувствовала себя мышкой, угодившей в лапы кота, сердце тревожно забилось от пристального и неотрывного взгляда фиолетовых глаз… я готова была бежать без оглядки — прочь, прочь отсюда!
Но тут демон расхохотался, разбив мои страхи, и вместо того, чтобы в панике удариться в бега, я стукнула кулаком по дереву. Да ему просто нравится меня бесить! Так бы и дала пинка!