Шрифт:
Мне так и хочется закатить глаза. Лео говорит в точности так же, как и Вал в начале своих влюбленностей. Только на его лице написана твердая уверенность в своих словах. Никаких подмигиваний и шуточек в конце. Он так убежден в этом, что я просто не могу смеяться над ним. Может, и правда вполне реально влюбиться в парня, даже ни разу толком не поговорив с ним?
– Уверен, ты отличный специалист, но это же Доминик Салсано. Безумно очаровательный. Невероятно популярный. Крутой гей. Крутые геи не встречаются с ботаниками. Ты не ботаник. Ты очаровательный, неотразимый гей.
– Я для него пустое место. Когда он приходит на собрания «АГГ», то даже не смотрит в мою сторону, только если я пробормочу что-нибудь тупое. Он даже не знает, как меня зовут и, скорее всего, думает, что я гетеросексуал. – Лео накрывает голову руками. – Моя жизнь похожа на песни Тейлор Свифт.
Он откидывается в кресле, измученный безнадежной тоской по Доминику. Мне еще не случалось сталкиваться с безответной любовью. Зачем страдать по кому-то и при этом сидеть, сложа руки? Мой отец всегда говорит, что цели должны быть достижимыми; иначе, это просто желания. А джинов, чтобы их исполнить, пока не завезли. Такое ощущение, что большинство людей предпочитает завести драму, чем парня, лишь бы сделать свою жизнь хоть чуточку интереснее.
– Ты хочешь встречаться с Домиником?
– Да.
– Я могу тебе в этом помочь.
– Можешь или попытаешься?
– У меня отличный послужной список, так что, смогу.
Сексуальные парни предпочитают встречаться с себе подобными. Но Лео такой очаровательный, именно это и будет нашим козырем. Я не стану пытаться переписать истины, которым уже сотни лет, но если подойти к ситуации правильно и проконтролировать ее, то возможно все. Лео и Доминик будут восхитительно смотреться вместе. Большой, крутой выпускник и его возлюбленный второкурсник. Я прямо представляю себе эту сцену.
– Уверен, есть тысяча других парней, которых он определенно предпочтет мне. Нельзя просто снять с меня очки и ожидать, что я превращусь в «горячего» красавчика. Он не заинтересуется мной.
– У тебя куча хороших качеств. К тому же, я отличный стратег.
– Ой! Может быть, это поможет. – Он протягивает руку под сиденье и достает свою потрепанную записную книжку.
Я мгновенно прикрываю рот рукой. Даже и не знаю, на что похожа моя реакция. Наверное, что-то среднее между резким вздохом и гоготом. Чтобы это не было, мои пальцы удержали рвущиеся на волю звуки. На страницах записной книжки оказались четко прорисованные наброски... Доминика Салсано.
Доминик слушает учителя в классе. Мечтает. Спит на уроке. Выступает на каком-то собрании. Играет в футбол в идеально сидящей на нем форме. Лео похож на папарацци из семнадцатого века.
Мне становится неловко. Пять минут назад мы с Лео были едва знакомы, а теперь я так много о нем знаю.
Но я не могу сказать ему об этом. Поэтому просто улыбаюсь. Я сама вынудила его признаться в своих тайных чувствах и теперь должна поддерживать его.
Кстати, Лео хорошо рисует.
– О, они такие красивые, – говорю я.
– Может, они смогут нам помочь?
Да ни в жизнь. Ни в коем разе. Это не слащавая сказочка, в которой Доминик будет сражен чем-то подобным. Если кто-нибудь увидит записную книжку Лео, его нарекут придурком с зачатками серийного убийцы. Такие сплетни преследуют тебя всю жизнь. Я быстро закрываю записную книжку.
– Знаешь, что? Когда вы повстречаетесь какое-то время... долгое время, тогда ты можешь преподнести их Доминику в качестве... подарка на годовщину. Но пока давай оставим это в тайне. Просто запри в шкафчике и забудь о ней.
– Хорошо, – кивает головой Лео, соглашаясь с моим планом.
– Почему бы тебе не убрать ее в рюкзак? Прямо сейчас.
– Я и Доминик, – произносит Лео, как только его записная книжка оказывается в сумке.
– Волнуешься?
– Не знаю.
Он барабанит пальцами по подлокотнику кресла. Его неуверенность вызывает во мне еще больший интерес. Я люблю сложные задачки и чем больше общаюсь с Лео, тем больше он мне нравится. Значит, если близкое знакомство с Домиником сделает его счастливым, то я помогу ему.
– Все, что ты видишь – это его внешняя оболочка. За ней, он такой же, как ты и я. У него такие же желания, потребности, интересы.
– Его невозможно прочитать, – качает головой он, обдумав полученную информацию.
– Я могу помочь тебе прочитать его.
– Он недосягаем.
– Я могу помочь тебе достичь его.
– И непробиваем...
– Я могу помочь тебе... С этим, думаю, ты справишься и сам.
– Забудь обо всем, Бекка, – решительно говорит он. Все те признаки интереса, которые украшали его лицо до этого, исчезли. Из-за страха, неуверенности.