Шрифт:
А ещё… Лиза подспудно ощущала странную тревогу. Нет, тревожилась она часто — и за брата, и за сестру, но эта тревога… Чем быстрей сближались жители двух берегов, тем страшней становилась мысль о возвращении. Нет, Лиза понимала, что, вернувшись на родину, она быстро забудет странные дни на оставленной земле. Дни тощие — до сегодняшнего дня. Тощие на события и на действия. Они жили, как заключённые в клетке с небольшим свободным пространством вокруг неё. Но забыть всё это… Забыть, как рейн Дирк из чудовища превращался в человека — благодаря ей и Лильке… Забыть, как он сразу обратил на неё внимание…
— Рейна, вы рассеянны, — заметила рейна Атала, переливая из небольшого ведра воду в котелок и ставя его на огонь небольшой узкой плиты рядом со столом.
Несколько кувшинов стояли на полу, ожидая наполнения.
— Последние три дня оказались очень насыщенными событиями, — вздохнула Лиза. — Настолько, что я не успеваю их обдумать. Вот и…
Рейна помолчала, а потом подошла к девушке, чтобы обнять её за плечи.
— Мы все устали, — просто сказала она. — Потерпите, маленькая рейна. События стоят того.
Лиза попыталась усмехнуться, но только сказала: «Спасибо» и взяла кувшин с широким горлом, чтобы подливать чистую воду, когда начнёт закипать вода на плите. Условившись о действиях, травницы вплотную занялись своими делами: Лиза следила за закипанием воды в котелке, куда постепенно добавляла травы, а рейна Атала сидела рядом, у стола, и сноровисто готовила эти травы к вареву, отделяя стебли, листья и цветы, а порой и корни. Все части будущего зелья падали из-под её рук в отдельные корзинки, откуда их потом забирала Лиза…
Когда травы закончились, Лиза осталась в комнатушке следить за отварами, а рейну позвали женщины, которые спешно готовили части поместья к приходу беженцев.
Девушка вытерла лоб, вспотевший в комнатке, где нет возможности проветрить помещение — здесь даже окон нет. А ведь огонь настоящий — на тех дровах, которые могли посодействовать магическому зелью, чтобы оно стало ещё сильней. Ко всему прочему, чтобы чётко видеть всё, пришлось внести сюда несколько канделябров с довольно толстыми свечами… Ничего, немного осталось — доварить минут десять до кипения, а потом фильтровать, разливая по кувшинам. Заклинание на травах лежало готовым на столе, и Лиза поглядывала на листок с улыбкой: проговаривать заклинание предстояло в два голоса — на разных языках. Рейна предположила, что так будет сильней. Ведь у Лизы во многом собственная магия, из своего мира. Так что, подкреплённое магическими словами двух миров, зелье, как надеялись травницы, будет весьма действенным.
Когда Лиза, затаив дыхание, осторожно переливала в кувшин остатки зелья, в дверь стукнули. Она выпрямилась, сразу схватившись за ноющую от тяжести и долгого стояния в неудобной позе поясницу.
Примерно её ровесница, девушка, в памятной уже форме прислуги здешнего дома, робко сказала:
— Рейна Елизавета, вас просят выйти на крыльцо.
— Спасибо. Сейчас приду.
Девушка упорхнула, а Лиза сосредоточилась на выливании последних капель. Хотелось спокойно довершить начатое. Как только кувшины будут наполнены, надо будет прикрыть их приготовленными чистыми тряпочками. А когда они остынут до температуры, при которой кувшины можно будет без боязни обжечься взять в руки, тогда и надо произносить над ними заклинания — повторяя до тех пор, пока зелье полностью не остынет. Девушка быстро закрыла последний кувшин с отваром и, снова вытерев лоб, с которого пот стекал уже на глаза, заторопилась в покои, а затем и в коридор.
Выскочила на крыльцо, обрадовавшись лёгкому прохладному ветерку.
— Лиза! — позвали снизу, от лестницы.
Голос она узнала сразу и встревожилась. Чуть не споткнулась на ступенях, пока бежала к соседкам.
— Что случилось?! — выдохнула она, лихорадочно вспоминая, что Лилька вроде играла здесь же, в доме Ориана.
— Да ты не бойся, мы с хорошим, — чуть не хором заверили её тётя Зоя с тётей Ниной. — Мы тут пришли сказать кое-что вашей рейне Атале, а потом подумали, что лучше сначала тебе.
Обалдев от неожиданности, Лиза даже в темноте разглядела за их спинами тётю Машу. «С хорошим»? Тогда почему тётя Маша здесь?! И сама же чуть нервно не рассмеялась. Привыкла: где тётя Маша — там скандал!
— И что? Ну, хорошего?
— Время есть? — деловито спросила тётя Зоя, дядь Митина жена.
— Есть немного. У меня там травяные отвары остывают.
— Ага. Тогда вот что. В нашем доме пустуют семь квартир. Мы решили, что можно подготовить их к приёму новых жильцов, если здесь мест не хватит. Хоромы здесь, конечно, богатые, но вы, помнится, говорили, что хозяева приютили здесь уже несколько семей. Мы, конечно, посмотрели… Три этажа — чуть не гостиница. Но мало ли. В общем, Лиза, передай рейне Атале, что семь семей — ну, из тех, что попроще, пусть к нам направляет. Есть же у них кто-то, кроме господ.
— А почему семь? — пришла в недоумение Лиза. — В прошлый раз мы считали — шесть вроде было.
Женщины переглянулись и засмеялись.
— Тётя Оля перебралась к Надежде, — объяснила тётя Нина. — Вовка там, почитай, уже две ночи ночует. А она с малышами возится Надькиными. Надькина-то квартира не однокомнатная, как у них. В трёхкомнатной все вместе и будут жить. Ольга нам так и сказала, что она к детворе перебирается, в их комнату. Нянчить-то кому-то надо.
— А вещи в квартирах? — вспомнила Лиза.