Шрифт:
Наряду с Атлантическим океаном, маленький, принадлежащий девушке магазинчик был успокаивающим бальзамом для разбитого сердца. Или даже для сердца, которое в полном порядке. Джейн никогда не сталкивалась с проблемой, которую не могли бы решить украшения ручной работы и пряничное печенье. Особенно, когда крошечная девушка в хипстерских очках за прилавком была в таком восторге.
Поэтому Джейн потратила эти нечестно полученные пятьдесят долларов на гирлянду для своих перил и всевозможные рождественские мини-пирожные. Она также засунула крем-брюле в бумажный пакет и направилась к Институту Искусств (Примеч.: художественный музей и выставочная площадка в Бостоне) со своим запасом сладостей.
Ее черное платье — платье «я-согласна» — зацепилось за деревянные балки причала, когда она села, но ее это не заботило. Она все равно не смогла бы надеть его снова, не с воспоминаниями, буквально прилипшими к подкладке, невидимыми для всех, кроме нее. Но глядя на бесконечные, бескрайние воды Атлантики, все было в порядке. Даже если на улице было всего пятнадцать градусов. За мятным пирожным следовал пудинг, кусочек за кусочком, пока живот Джейн не стал таким же довольным, как и ее разум.
В конце концов, она вовсе не была так уж расстроена, что ее бросили. Такое случалось и раньше, и, конечно, могло случиться снова.
Раздражало лишь то, что с тех пор, как Блейк нашел любовь — где-то и с кем-то (но, серьезно, где и с кем?) — он решил, что стал выше нее.
Ложь. Явная ложь.
Человек может прожить жизнь без романтики и при этом быть полностью довольным, не так ли? Плеск воды о деревянные сваи не отвечал ни на что, только успокаивающе бормотал. Неважно. Она могла ответить сама себе: человек, безусловно, мог бы… пока Пушистик не прошел плановое обследование, во время которого у него обнаружили острую сердечную недостаточность, и у него не осталось шансов на выздоровление.
Джейн в отчаянии затопала ногами. Она очень, очень скучала по своему котику.
Потому что, когда он у нее был, она чувствовала себя нужной. Завершенной. В основном. Конечно, у нее все еще были… физиологические потребности, но они легко удовлетворялись в одиночку. Между делом, она была довольна своей волонтерской работой и ежемесячными обедами с дамами, которые работали вместе с ней в музыкальном обществе «Бэк Бэй».
А дальше что?
Когда она совершала ошибку и смотрела романтическую комедию, где-то глубоко внутри, чуть ниже сердца, иногда появлялась боль. Это было просто влияние Голливуда.
И причина, по которой она предпочитала документальные фильмы, была не в этом, а просто в том, что жизнь была совсем не такой как в кино. Однако этот вопрос может быть тщательно исследован, и на него можно будет дать ответ, если методология хорошо разработана и тщательно соблюдается. Джейн нравилась логика.
И Блейк тоже… пока он не влюбился в другую женщину.
Ну, если любовь сделала человека невосприимчивым к логике, то нет, спасибо. Наряду с сотней других причин. Джейн также смотрела множество документальных фильмов об этом, так что имела представление о науке, объясняющей гормональные скачки. Они, как правило, следуют за сексом, но могут быть пробуждены и другими способами. Кто-то даже изобрел интервью на тридцать вопросов, которые помогали людям влюбиться. Общая идея заключалась в том, что разговор по душам в сочетании с длительным зрительным контактом дает вам чувство комфорта и взаимной уязвимости, которые люди часто воспринимают, как «любовь».
Взгляд Джейн остановился на фигуре прогуливающегося рядом с ней грубоватого на вид мужчины в джинсах и одном из тех длинных пальто, что продаются со скидкой. Казалось, он тоже погрузился в свои мысли, глядя на залив. Несмотря на отсутствие стильной одежды, в нем было что-то определенно привлекательное — его поразительные скулы и крепкая челюсть. Теперь был кто-то, кто заставлял ее гормоны бушевать, кто-то, в кого она могла бы влюбиться при длительном зрительном контакте и чрезмерной откровенности. Он напоминал Колина Фаррелла — не усталого измученного актера, который в наши дни украшал своими фотографиями интернет, а неряшливую версию этого человека пятилетней давности, версию, о которой Джейн часто фантазировала в темноте, когда никого не было рядом.
Жаль, что он не был подходящим мужем-двойником, ненастоящим Колином Фарреллом — хотя Джейн сомневалась, что сам актер тоже был бы на высоте, даже несмотря на его славу и состояние. Чтобы стать влиятельным человеком, требовалось нечто большее, чем деньги и дурная слава.
И этот мужчина на пристани, каким бы красивым он ни был, определенно не был ухожен, обучен и воспитан в высшем обществе. Судя по его виду, хорошему вину он предпочел бы пиво. Причем местное пиво. Из банки.
Фу.
Именно поэтому не одно только влечение диктовало Джейн с кем встречаться. Влечение было мимолетным. Однажды она смотрела документальный фильм о договорных браках и уже проверила это на себе — люди, которые понимали, что первоначальный порыв сексуальной привлекательности не будет длиться вечно, строили прочные отношения на уважении и общих ценностях. Это и есть верный путь, если вы серьезно относитесь к будущему.
Отсюда и главная причина, почему она вообще встречалась с Блейком.
Джейн заставила себя отвести взгляд от мужчины, которого видела перед собой, и вспомнила подробности своего короткого романа (если это можно было так назвать) с Блейком Донованом. Сваха, которая их свела, была предельно откровенна в этом вопросе: мистер Донован интересовался женой исключительно потому, что в его возрасте от преуспевающего бизнесмена ожидали брака. Речь не шла о любви и привязанности. Речь должна была идти о совместной договоренности. Как и Джейн, он, казалось, понимал, что секрет успешного союза заключался в том, чтобы не вносить в уравнение эмоции.