Шрифт:
Джувенел покинул межпространство, перенося в реальный мир и сестер. Алексия едва держалась на ногах от голода, и снова на выручку ей пришел их неожиданный союзник. Она жадно вгрызалась в куски мяса, не заботясь о том, какое впечатление производит со стороны, проследила за тем, чтобы и Абигайл хорошо подкрепилась.
Обед был закончен, и Джувенеп отошел удостовериться, что Дрессировщицы поблизости нет. Завороженно глядя на танцующие над костром языки пламени, Алексия с горечью сказала Эбби:
— Я хотела быть для тебя героиней, твоей вечной защитницей, но из-за моих ошибок ты вечно попадаешь в неприятности.
— Алексия, ты не должна так говорить, — с жаром воскликнула сестренка. — Ты не виновата, что мы оказались в ловушке. И Джувенел не виноват. Но если бы не ты… Я не знаю, что со мной бы было.
Алексия прижалась щекой к ее щеке и улыбнулась. Она не могла представить, какой была бы ее жизнь, если бы в ней никогда не было Эбби. Но точно знала, что такая жизнь совершенно ей не нужна.
Глава восемнадцатая
Как бы Алексии ни надоело пребывание в Эльсбре, прежде чем покинуть город-призрак, нужно было отыскать шифр отца. Со второй частью шифра проблем оказалось куда меньше, чем с первой — ни тебе прыжков по движущимся колоннам, ни обжигающего песка пустыни, ни каменных львов.
Шифр обнаружился в подвале одного из полуразрушенных домов. Каменная пластина со странными символами, уже виденных Алексией в записях отца, и с их расшифровкой. Джувенел удивленно взглянул на ее находку, но промолчал.
— Слава Безымянным Богам, мы можем наконец уйти подальше отсюда, — выдохнула она.
Слишком много эмоций было пережито в Эльсбре — столкновение с Ивэн и ее шайкой, пленение, встреча с Дрессировщицей… Хотелось поскорее оказаться дома, чтобы на следующий рассвет, снова двинуться в путь. Куда? Кто знает.
Да и до дома — то есть до Слияния — оставалось еще несколько часов.
Они покинули город и направились куда глаза глядят. Молчание Алексия нарушила первой.
— Ты спасал меня… нас… уже трижды. Думаю, ты имеешь право знать, что привело меня в Эльсбру.
— Только если ты этого действительно хочешь, — серьезно сказал Джувенел.
— Хочу.
Они устроили привал, Джувенел разжег костер — без дров и огнива, просто сгусток огня, поднимающийся от голой земли. Эбби, положив голову на колени сестры, задремала — бедняжка пережила слишком многое для двенадцатилетний за один короткий день. Алексия старалась говорить тихо, чтобы не разбудить ее звуком своего голоса.
— Этот шифр, — она указала на каменную пластину, — ключ, который позволит мне расшифровать записи отца. Я с детства знала, что он изучал Бездну, но относилась к этому… не знаю… Бездна забрала маму, потому неудивительно, что отец хотел защитить нас двоих. После того, как он исчез, я стала изучать его дневники. И только один из них оказался зашифрован. Я понятия не имею, что в нем, но думаю — ключ к его исчезновению. Правда, которую он всячески скрывал от других — настолько, что запрятал не только сам шифр, но и подсказки к его нахождению — по всему нашему дому. Подсказки, разгадать которые могла только я.
— То есть ты понятия не имеешь, что находится в его дневнике? — нахмурился Скользящий.
Алексия помотала головой. Она действительно совершенно не знала отца — но поняла это только после того, как он исчез из их жизни.
— Я лишь хочу его найти. Поэтому и блуждаю по всей Бездне в поисках ответов.
Джувенел вскинул голову.
— Подожди… Ты думаешь, что твой отец… жив? Но, Алексия… Ты же знаешь, что Бездна забирает тела. И если бы он был жив, то вернулся с первым же Слиянием.
— Разве? — Она взглянула ему в глаза. — А наша сегодняшняя с Эбби ночь в Бездне — разве не лучшее подтверждение тому, что не все законы этого мира непреложны?
— Да, но…
— А разве существование Скользящих не говорит о том, что пережить Слияние — возможно?
— Одно, два, несколько — да, но не… Сколько его уже нет?
— Около двух месяцев, — нехотя ответила Алексия. — Но дело не только в Скользящих. Слова отца незадолго до его исчезновения — вот что удерживает меня от того, чтобы считать его погибшим. — Она помолчала, глядя на созданный Джувенелом огонь. Чувствовала исходящее от языков пламени тепло и все же… этот огонь был фальшивым. В нем не было естественной лаконичности и убаюкивающей теплоты настоящего костра. — Все было как обычно. А перед самым Слиянием отец вдруг повернулся ко мне и сказал: «Алексия, если однажды я не вернусь к вам с Эбби, не верь в мою смерть. И позаботься о сестре — не позволь Бездне ее заполучить».
— И что случилось потом? — тихо спросил Джувенел.
— А потом, несколько дней спустя, нас раскидала Метаморфоза. Так случалось и раньше. Отец всегда говорил мне запираться в защитном барьере в укромном уголке и ждать, когда он придет — как маг, отец был намного сильнее. Но в тот день он не пришел. И с тех пор я выживала как могла. Но в его смерть так и не поверила.
— А что с узами крови?
Она покачала головой.
— Они никуда меня не привели. Но ведь возможно сделать так, что чары окажутся бессильны?