Шрифт:
— Для меня очень важно то, что ты осталась.
— Я всегда с тобой, Сайлар, — отвечаю я, прежде чем уснуть.
Дело в том, что, когда вы говорите слова, вы можете иметь их в виду, они могут передавать все ваши чувства, но обстоятельства меняются.
Слова меняются.
Действия тоже.
И, как это бывает, я не всегда смогу остаться.
Я просыпаюсь, когда Сайлар целует меня в живот, и сразу понимаю, что утро будет добрым. Прикусив мое бедро, он стягивает мои трусики, а затем заменяет их своим ртом, осторожно облизывая меня. Тихо постанывая, я смотрю на него сверху вниз, когда Сайлар наклоняет голову при каждом движении. Удовольствие, когда он щелкает языком по чувствительной плоти, всепоглощающее.
— Сайлар, — шепчу я, улыбаясь и закрывая глаза, когда он всасывает мой клитор. Я выгибаюсь и сжимаю простыни, вонзаясь в них ногтями. Кристина однажды сказала мне, что мужчины в целом хороши либо своими руками и ртом, либо членом. Мне повезло, что мой мужчина талантлив во всем вышеперечисленном.
Он поднимает голову и ослепительно улыбается, перед тем как спустить штаны. Его твердый член стоит колом. Я облизываю губы, и все другие мысли покидают мою голову, кроме Сайлара и того, как сильно я хочу его. Он усмехается, взбираясь на кровать и прижимая мои руки над головой одной рукой.
— Доброе утро, — шепчет он, потом прижимается губами к моим и одновременно входит в меня.
Несомненно, доброе, черт возьми, утро.
Я стону напротив его губ, жадно целуя в ответ, когда он медленно и глубоко толкается внутрь меня. Из-за нашего восхитительного трения я становлюсь такой влажной, что чувствую это на своих бедрах. Когда Сайлар выходит из меня, откатывается в сторону и перемещает меня, прижав мою спину к своей груди, обнимая и одновременно находясь во мне, я мягко откидываюсь назад. Он обхватывает ладонями мою грудь, чтобы поиграть с ней, лаская сосок сквозь тонкий материал моей футболки. Подняв ее и обнажив мою грудь, он продолжает сладкие пытки, зажимая один сосок, а затем другой. Я стону и шепчу его имя, становясь все громче, когда Сайлар опускает руку, чтобы поиграть с моим клитором. Оргазм надвигается словно из ниоткуда, безо всякого предупреждения, и за эти несколько мгновений экстаза он поглощает меня. Удовольствие, исходящее из моего центра, распространяется по бедрам и нижней части живота. Сайлар продолжает медленно трахать меня, шепча мое имя, пока сам не кончает. Нежно поцеловав в затылок, он выходит из меня и перекатывает на спину, глядя мне в глаза.
— Ты так прекрасна по утрам.
— Только по утрам? — поддразниваю я, изогнув бровь.
Он улыбается.
— Напрашиваешься на комплименты сегодня?
— Всегда, — отвечаю я, отчего он смеется.
— Ты всегда прекрасна, Бриэль. В жизни не встречал никого, подобного тебе.
Я изучаю Сайлара мгновение, наши взгляды встречаются, а затем я приподнимаю голову, чтобы поцеловать его.
Своим поцелуем я передаю слова, которые не могу произнести вслух.
Сайлар может думать, что я красивая, но я думаю, что он — мое всё.
Глава 9
— Спенсер — девятый парень, с которым я спала, — говорит Кристина, покрывая ногти на ногах лаком ярко-красного цвета. — И цифра девять — наша любимая. Тебе не кажется, что это судьба?
Я закатываю глаза.
— Это первое, что ты говоришь мне сегодня утром? Как насчет того, что случилось прошлой ночью со Спенсером? Ты выведала какие-нибудь подробности о теле?
— Не совсем, — говорит она, закрывая флакон с лаком для ногтей. — Я начала задавать вопросы, но потом он… — Кристина замолкает. — Подожди минуту. Он отвлек меня сексом! Вот коварный ублюдок!
— Так ты не получила никакой информации? — не унимаюсь я, смеясь над выражением ее лица.
— Спенсер просто сказал, что они позаботились об этом, — говорит Кристина, постукивая пальцем по подбородку. — А потом он позаботился обо мне.
Я качаю головой.
— Тебя так легко отвлечь, Кристина. Достаточно кому-то начать размахивать своим пенисом, и ты теряешь способность связно мыслить.
— Не кому-то, — раздраженно говорит она. — Это должен быть мужчина. Не женщина со страпоном или что-то в этом роде. Если бы женщина размахивала пенисом передо мной, я бы выхватила его и ударила им ее по голове.
Я открываю рот, затем закрываю его. Откуда она все это берет?
— Просто любой мужчина, да?
— Просто Спенсер, — поправляет она, а затем добавляет: — Или Джейсон Момоа.
— Или просто мужчина с бородой, — добавляю я.
Мы обе начинаем смеяться так, будто это самое смешное, что я когда-либо говорила.
— Что тут смешного? — спрашивает Сайлар, когда входит в комнату. Он несколько мгновений пожирает меня взглядом, а затем смотрит на Кристину. — Где Спенсер?
— Он ушел, — отвечает она, пожимая плечами. — Что-то с Джеком.
Ах, да, я почти забыла о печально известном Джеке.
Сайлар снова смотрит на меня.
— Тебе что-нибудь нужно? Ты поела?
Я киваю.
— Съела тост.
— И все? — спрашивает он, нахмурившись. — Напишите мне, если что-нибудь захотите, я захвачу на обратном пути. Все, что пожелаете.
— Куда ты идешь? — Я встаю и подхожу к нему. — Все в порядке с этой… ситуацией? И когда Себастьян вернется?
Я неловко переминаюсь с ноги на ногу. Не думаю, что когда-либо смогу повторить вслух то, что произошло прошлой ночью. По крайней мере, не для него. Если я говорю это вслух, то все становится реальным. А я вроде как делаю вид, что ничего не произошло. Я кажусь слабой? Может быть. Но если честно, я не знаю, что еще делать. Я рада, что у меня есть Кристина, с которой можно провести это странное время, когда женщину ничего не смущает, в том числе мертвые дядюшки.