Шрифт:
Насколько Мирося могла судить, Борута в храме не делал ничего. То есть, совсем ничего. Как стал, прислонившись к дверному косяку, так и простоял почти до конца службы. Лишь когда мальчик-служка, обходивший прихожан с корзиной для пожертвований, попытался как можно незаметнее прошмыгнуть мимо двери, поманил того пальцем.
Все аж шеи повытягивали, стараясь увидеть, что же упало в корзину. Но строгое покашливание храмовника заставило вновь повернуться к святыне и не срамиться перед поганином.
Дождавшись окончания службы, Борута не пошел вслед за всеми приложиться к алтарю, а так же бесшумно, как и появился, исчез за дверью.
– Мироська! Что это было? – Марыля надеялась затеряться в общем шуме, но не подумала о том, что звуки в святыне слышны намного лучше, чем в обычном доме. Снова оказавшись у всех на виду, Мирося смутилась и не придумала ничего лучшего, как так же шепотом ответить.
– Борута с Ятвежи.
– Да что ты говоришь?! Ни за что бы не догадалась! – Фыркнула было Марыля, но тут же осеклась под строгим взглядом отца.
Пану Янушу и самому было очень интересно, что делал Борута в святыне. Ну, в самом деле, не веру же в Творца принимать собрался? Но пока он, на правах будущего тестя, подошел к ядзвину, его уже опередил храмовник.
– Рад приветствовать шляхетного пана Боруту в нашей святыне! – Сухонький храмовник приветливо улыбался, раскланиваясь с Борутой. – Прошу пана принять благодарность за щедрое пожертвование! Как здоровье пана Сколоменда?
– Спасибо, не жалуется. – так же вежливо отвечал Борута. – Нога вот только на погоду ноет.
– Да-да, старые раны… – Храмовник сочувственно закивал головой. Стоящие поодаль шляхтычи, внимательно прислушивающиеся к разговору, тоже не удержались, чтобы не кивнуть. Почти у каждого были такие раны, напоминающие о былых битвах.
– Прошу пана принять благодарность за щедрое пожертвование!
– Пустое. – Отмахнулся ядзвин, оглядываясь и приветливо кивая пану Янушу и, к их большому смущению, еще паре знакомцев.
– Не пустое, совсем не пустое. – Храмовник, оседлав любимого конька, воодушевился. – Жертва пана Творцу угодна и милость его…
– Вот и ладно, – обманчиво покладисто согласился Борута. – Вот пусть и помогает, раз угодна. Не то теперь время, чтобы от помощи отказываться.
– Хм-м-м, – Храмовник прокашлялся, не зная, что ответить на такие слова.
Согласишься, да еще на глазах у паствы, получится, что все время врал, что милость Творца нельзя просто так купить. Вохразишь, как бы не обиделся поганин. Не хотелось бы нелепой ссорой оттолкнуть от себя этого ядзвина. Это ведь не простой воин, это – сын ядзвинского вождя. Если удастся донести свет истины до него, за ним пойдут многие. К счастью, пан Януш вовремя сообразил спасти ситуацию.
– А что же так, пан Боруто? Что за времена? Дошли до пана какие-то вести?
– Дошли, как не дойти… – Борута отвечал степенно, неспешно, но взгляд, направленный прямо в глаза Соколувскому, выдавал тревогу. – Орденцы побили наших на севере и теперь ставят замок на месте спаленной вески.
Новость не то чтобы вызвала переполох, но обсуждалась живо.
– А чего погане ждали…?
– Да тем все равно, кого жечь…
– Ну, хоть одно хорошо, орденцы в крепостях сразу свои святыни ставят.
–… Ага, свои ставят. А наши – жгут!
Борута переждал, пока первый шум стихнет, а потом добавил, словно невзначай.
– Если вождь Анкад не удержит свою землю, в следующий раз орденцы будут начинать свой поход на один дневной переход ближе.
Теперь замолчали все, осознавая степень опасности. Храмовник, потеребив четки, спросил осторожно.
– А вестнику пана точно верить можно?
– Вестника с письмом прислал вождь Анкад. То письмо отец вчера читал на совете старейшин.
Кто-то из шляхтычей только крякнул. Кто-то тихо выругался. Храмовник замер на краткий миг с опущенной головой, видно, молился. Наконец-то, рещившись, обратился к Боруте.
– Если пан Борута не возражает, я бы отписал епископу…
– И пану каштеляну я бы, на месте пана храмовника, тоже отписался. – ответил Борута, заканчивая таким образом разговор. И тут же обратился к шляхтычу Соколувскому.
– Пан Януш позволит мне перекинуться парой слов с невестой?
– Конечно, пане Боруто. Дело молодое… – Тот жестом подозвал Миросю, которая подошла, скромно потупив глазки.