Шрифт:
Они помнили, что маме пришлось сделать кучу звонков и подписать тонны документов. Они помнили, что приехала их бабушка, чтобы позаботиться о них, пока мама занималась всеми похоронными делами.
Они помнили, как держались за руку матери, когда шли по проходу в церкви на похоронах. Они помнили белые цветы, свечи и грустные лица присутствующих, когда проходили мимо них. Они помнили еду, которую приносили люди. Они помнили, как люди говорили, что соболезнуют.
Они не помнили свой день рождения, потому что его не было.
Близнецы помнили, насколько сильными ради них были бабушка и мама. Они помнили, как мама объясняла им, что вынуждена продать книжный магазин. Помнили, что, в конечном счете, мама не могла больше позволить себе содержать их красивый синий дом, и им пришлось переехать в арендованный несколькими улицами ниже.
Они помнили, как уехала бабушка, когда они устроились в своем новом доме. Помнили, как вернулись в школу и, казалось, что все вроде бы наладилось. Но чего близнецы никак не могли понять, так это того, почему это с ними случилось.
Прошел целый год, но близнецы так этого и не поняли. Люди говорили, что со временем станет легче, но сколько времени должно было пройти? Боль от потери отца с каждым днем становилась все глубже. Они так сильно по нему скучали, что порой думали, грусть переполнит их тела.
Они скучали по его улыбке, по его смеху и по его рассказам…
Всякий раз, когда у Алекс был плохой день в школе, она приходила домой и первым делом садилась на велосипед и мчалась к отцу в магазин. Она забегала внутрь через главный вход, находила отца и говорила:
— Папочка, мне надо с тобой поговорить.
И было неважно, обслуживал ли он покупателя или расставлял на полках новые книги, мистер Бейли всегда отводил дочку на склад в задней части магазина и внимательно слушал, что же такого у нее случилось.
— В чем дело, милая? — спрашивал он, глядя на нее своими большими обеспокоенными глазами.
— Сегодня у меня был очень плохой день, папочка, — отвечала Алекс.
— Другие дети всё ещё тебя дразнят? — спрашивал он. — Я могу позвонить в школу и попрошу твою учительницу поговорить с ними.
— Это ничего не решит, — сквозь рыдания говорила Алекс. — Публично надо мной издеваясь, они лишь заполняют ту пустоту, которая вызвана их социальной и домашней запущенностью.
Мистер Бейли чесал затылок.
— Ты хочешь сказать, милая, что они просто тебе завидуют? — спрашивал он.
— Вот именно, — отвечала она. — Сегодня за обедом я читала книжку по психологии, в которой все объяснялось.
Мистер Бейли горделиво посмеивался. Интеллект его дочери порой его просто поражал.
— Я думаю, Алекс, ты просто слишком умная для них, — говорил он.
— Иногда мне хочется, чтобы я была такой же, как все, — признавалась Алекс. — Я очень устала быть одинокой, папочка. Если быть умной и быть хорошей ученицей значит никогда не иметь друзей, я хотела бы быть такой, как Коннер.
— Алекс, я когда-нибудь рассказывал тебе об Извилистом древе? — спрашивал мистер Бейли.
— Нет, — отвечала она.
У мистера Бейли загорались глаза. Так всегда случалось, когда он собирался что-нибудь рассказывать.
— Однажды, когда я был маленьким, — начинал он, — я бродил по лесам и увидел кое-что своеобразное. Это было вечнозеленое дерево, но оно отличалось от остальных, какие я когда-либо видел. Вместо того, чтобы расти вверх, его ствол извивался и изгибался, словно огромная виноградная лоза.
— Это как? — зачарованно спрашивала Алекс. — Это же невозможно. Вечнозеленые деревья так не растут.
— Наверное, кто-то забыл рассказать об этом самому дереву, — говорил мистер Бейли. — В любом случае, вскоре пришли лесорубы и срубили все деревья, кроме Извилистого.
— Почему? — спрашивала Алекс.
— Потому что они решили, что оно им не годится, — отвечал мистер Бейли. — Из него невозможно сделать ни стол, ни стул, ни шкаф. Понимаешь, Извилистое древо отличалось от остальных деревьев, но его уникальность его и спасла.
— И что же случилось с Извилистым древом? — спрашивала Алекс.
— Оно и по сей день там, — с улыбкой отвечал отец. — Оно растет все выше и выше и с каждым днем извивается все больше и больше.
На лице Алекс появлялась мимолетная улыбка.