Шрифт:
После этого разговора я уверена только в одном: единственный способ найти ответы – вернуться туда.
К истокам.
Глава 4
Солнце нависает над нами, будто неприступная крепостная стена. Я проворно отстегиваю ремень и открываю дверь машины.
Мадар еще проворнее хватает меня за руку.
– Сара, если с твоим отцом что-то происходит, расскажешь мне, да? – Она снова вернулась в нормальное состояние. С влажным макияжем лицо выглядит свежо и безукоризненно. Она бросает взгляд на меня, и ресницы трепещут.
Я отвожу глаза, потому что смотреть на мадар – все равно что смотреть на солнце, так она ослепительно красива. Невольно вспоминаю девчонку, уверенно позирующую возле кабриолета. У нее такой вид, будто она никогда не знала печалей. Однако невольно задаюсь вопросом, осталось ли под толстым слоем косметических продуктов что-нибудь от той девчонки.
Той, с которой хочу познакомиться, но никак не наберусь храбрости.
– Да, мадар. Ничего там нет важного.
Потому что там действительно нет ничего, о чем стоит упомянуть. Тот неведомый «кое-кто» может оказаться новым деловым партнером или давно забытым родственником, приехавшим в гости к падару. Нет нужды сразу делать выводы и попусту беспокоить мадар. Как-никак родители всегда ведут себя именно так. Это правила их танца. Постоянно расходятся, но всегда каким-то образом возвращаются друг к другу.
Мадар пронзает меня пристальным взглядом, словно не верит. Я сдаюсь и торопливо выскакиваю из машины. Заставляю себя сосредоточиться на Самнер-Корте. Я сюда приехала не для того, чтобы рассуждать о родителях.
Окна первого этажа взирают пустыми глазницами. Похоже, ремонтная бригада вытащила стекла вместе с рамами. Парадное крыльцо скрипит и шатается. Колонны у входа увиты плющом, и я пробираюсь внутрь осторожно, стараясь их не задеть. Не хватало только обжечь глаза ядовитым соком.
Ремонтники уже здесь. Эрик и его бригада строительных рабочих разбредаются по просторному первому этажу.
– О, привет. – Загорелый жилистый парень вытирает лоб под кепкой и машет. – Смотрите-ка, кто почтил нас своим присутствием.
– И тебе привет, Эрик. – Мимо проносятся двое парней с перилами от лестницы. Я пригибаюсь. Ну и шустрят же они. Без заколоченных окон пространство залито светом, в зеркалах на стенах играют блики. Я регулирую объектив и делаю несколько снимков, отображая ход работ. – Да, пришла запечатлеть, как творится волшебство.
– Ага, работы у нас по горло. – Он достает из ящика с инструментами маску, перчатки и защитные очки, протягивает мне.
– Погоди, а это еще зачем?
– Нам нужны рабочие руки, а не картинки. Помоги лучше новому парню кое-что убрать. – Он прищуривает карие глаза и окидывает критическим взглядом мою маечку. – Хм. У тебя в машине нет рубашки с длинными рукавами?
– Я, честно говоря, не рождена для ручного труда. И вообще, что не так с моей майкой?
– Ладно, проехали, – смеется Эрик и качает головой. – Мы начали выносить шкафы из кухни, а ты хорошо бы помогла расчистить ванную – вон там, дальше по коридору.
Мы болтаем на ходу, но я вдруг осознаю, что он ведет меня по тому самому коридору, и руки покрываются мурашками. Крепче сжимаю камеру, хотя охотно сбежала бы отсюда.
– Э-э, а может, я лучше разгромлю что-нибудь наверху? Или…
Перед глазами возникает бледное лицо биби с глубокими тенями вдоль щек. Я вздрагиваю, и внезапно чудится, что стены подступают ближе и из темных углов за мной как будто следят чьи-то внимательные глаза.
– Ничего, справишься. – Эрик хлопает меня по плечу и подталкивает вперед. – Мы всегда поручаем новичкам работу попроще.
– Кого это ты называешь но…
Но Эрика уже и след простыл. Я со вздохом отшвыриваю защитные очки. Мне что, очки поверх очков надевать? Еще чего! Прикрываю рот маской и, набравшись храбрости, топаю к ванной. С открытыми окнами дом, наполненный светом, выглядит вполне нормальным. Так почему же мне мерещится, будто по углам, ускользая от моего взгляда, таится что-то зловещее?
Берусь за камеру, прицеливаюсь, снимаю. При свете вспышки из ванной кто-то выходит. Тьфу ты.
Громкий лязг, сдавленная ругань. На пол падает молоток. Отскакиваю шагов на пять. Парень стоит ко мне спиной и обливается потом. Выпрямляет мускулистую спину, тяжело дышит и протирает глаза.
Улучить момент и присмотреться? Или сразу бежать?
– Чего ты хочешь? Ослепить меня? – Он разворачивается. Мы встречаемся взглядами. Я не успеваю закрыть разинутый рот.
О боже мой.
Только этого не хватало.
Какая-то дурацкая шутка.
Не может быть…
– Соседушка, почему ты вечно придумываешь новые способы помучить меня? – Сэм, потирая лицо, растягивает губы в полуулыбке. Он так вспотел, что футболка стала почти прозрачной.
От неожиданности я вытворяю то, что сделала бы на моем месте любая девчонка, внезапно столкнувшаяся со своим бывшим другом детства. Швыряю ему в лицо пыльные перчатки и визжу: