Шрифт:
– Так вот, – начала потихоньку рассказывать Агапия, – мешок Правды, это такая темница, в которую запирают неугодных и держат там, пока они или не умирают, или не отдают то, что надо князю, ну, или рассказывают то, что знают. В общем, темница одиночка, где висят в антимагических наручниках. Попасть туда постороннему, чтобы кого-то спасти, очень сложно. Ну, если честно, никого оттуда не вытаскивали, – она налила в кружки горячего травяного душистого отвара и села. – Князь не для того его строил, чтобы оттуда сбегали. Кстати, а ты как обличье поменял?
Антон разулыбался и вкратце рассказал, что произошло.
– Так ты что молчал, – набросилась на него Агапия, – Антон, разве так можно, а камень ты нашёл?
– Да, нет же, Агапия, я же сказал, что он пропал.
– Вот бестолочь ты, Антон. Камень духов открывает проход в мир духов, куда ты и попал. Это стык тёмной и светлой сущности всего живущего. Если тёмный мир выпустить в наш, случится большая беда, потому и отсечён он миром светлым. Но князь зачем-то охотится за камнем. Что-то он хочет изменить, а может усилить. Есть у меня предположения, надо проверить. Теперь он за тобой охотиться начнёт, будь осторожен, особенно по ночам. А камень, давай искать сейчас будем.
– Да где его искать? – удивился Антон.
– Да у тебя, где ещё? – Агапия встала и пошла к комоду. Подняла тулуп, потрясла. Ничего. Наклонилась к рубашке, отодвинула её в сторону и довольно улыбнулась. Под рубашкой он и лежал, поблёскивая гранями. Осторожно подняла, рассматривая на свет.
– Спасибо, Антон, – довольно сказала она, – если бы он попал в руки князя, не знаю, что было бы. А теперь пошли скорей к реке, пока гости не нагрянули.
– Зачем к реке-то?
– Камень спрятать надо, пойдём скорее.
Придя к реке, Агапия уверенно вошла в воду, как была в юбке и, окунув руку, отпустила камень. Мгновенье и он стал невидимым, словно растворившись в плотных струях.
– Эй, что это ты там делаешь? – раздался голос за спиной, и Антон с Агапией обернулись.
Из леса к реке вышел мужчина в чёрной одежде. Высокий, подтянутый, с небольшой бородкой и орлиным носом. Тёмно-карие глаза подозрительно рассматривали Агапию.
– А тебе, Фрол, что за дело? – спросила его женщина. – Может, я хочу ноги помыть?
– И юбку видать постирать, – усмехнулся тот. – А это что за гусь? – кивнул он на Антона.
– А ты у гуся сам спроси, – упёрла руки в бока Агапия. – Он, вроде как, не немой.
Мужчина обернулся к Антону и с презрением посмотрел на его штаны. Антона, как ни странно, это развеселило, и теперь он ждал, когда этот носатый обратится к нему, однако, тот не спешил.
– Ты мне кого-то напоминаешь, – наконец, он выдавил из себя. – Не пойму только кого?
Он стоял, буравя Антона взглядом, внезапно лицо его побледнело.
– Ты кто? – спросил он
– Гусь, – ответил Антон. – Ты же, носатый, так меня назвал.
Он думал, что мужик разозлиться, но тот молчал, и только краски вдруг стали сползать с его лица.
– Этого не может быть, – ошарашено прошептал он. – Ты же погиб, я сам видел.
– Как видишь нет, плохо ты, видать, тогда смотрел, – Антон стоял, расставив ноги, и с усмешкой смотрел на Фрола. Тот начал пятиться, а затем развернулся и побежал.
– О, как поскакал, докладывать, – произнесла Агапья выходя из воды. – А ты что, специально промолчал? – спросила она у Антона.
– Да и ты, Агапия, вроде ничего не сказала, – и они обменялись всё понимающими улыбками.
ГЛАВА 5
Виринея висела долго, рук она почти не чувствовала, но зря Герард думал, что она сдалась и скоро отдаст ему камень. Как бы ни так, она только делала вид, словно потеряла сознание, а мозг её ни на минуту не успокаивался, лихорадочно работая и просчитывая многочисленные варианты. Антимагические наручники, одетые на руки и ноги, блокировали практически все её способности, но князь кое-что не учёл, она прекрасно чувствовала воду, более того, вода была одной из близких ей стихий.
Сейчас она призывала стихию жалкими остатками магии, что ещё сохранились в ней, благодаря тому, что жрецы храма Света научили её скрывать свою способность управлять природными силами глубоко внутри. Поэтому вода пока ещё слушалась и скапливалась капельками, чтобы потом сочится сквозь камни, в которые были вбиты штыри. К кольцам на концах штырей крепились звенья цепей наручников. Оставалось ждать, когда вода сделает своё дело и размоет камень.
Виринея периодически буянила, дёргая за наручники и потихоньку расшатывая ненавистные оковы, что держали сейчас её прикованной к стене. Князь, словно издеваясь, сделал наручники из тонкого тюкарского сплава. Как тюкарам удавалось так закалить металл, что он не поддавался никаким воздействиям, было неизвестно. Они свято хранили эту тайну, организовав Орден тюкарских металлорудов. Этот орден защищал всех, кто работал с Тюкарским месторождением железной руды, и только он имел право торговать их изделиями. Орден разрастался, претендуя уже на власть в стране.