Шрифт:
— Кажется, я еще никогда не видела Джилли такой нарядной и красивой!
— Да? Она готова? — рассеянно спросила Стефани. — Она должна быть счастлива. Не многим женщинам повторно представляется такая возможность. Надеюсь, у них все будет хорошо.
— Ты говоришь с какой-то неуверенностью. Ты думаешь, она совершает ошибку?
— Нет, дело не в этом. Я уверена, что ни один из них не сомневается в правильности своего поступка. Но брак — это… — Стефани пыталась найти подходящие слова, — …это такая большая ответственность… и в любом браке порой бывает очень трудно. Нужна необыкновенная стойкость, чтобы пройти через все трудности.
Ее последние слова прозвучали чуть ли не с мольбой, но Сара не услышала этого.
— Я уверена, что тебе не стоит беспокоиться о Джилли. У нее все складывается как нельзя лучше. У нее есть мужчина, который ее любит и хочет заботиться о ней, несмотря на ее прошлое. Я готова держать пари, что они будут счастливы вместе. В конце концов, им есть с кого брать пример.
— С кого же? — с недоумением спросила Стефани.
— С тебя и Дэна, конечно! — воскликнула Сара и обняла ее. — Вы образцовая пара.
Образцовая пара… Эта ненароком брошенная Сарой фраза не давала Стефани покоя на протяжении всей церемонии венчания. Все шло безупречно, красиво как в сказке. Вся в белом, Джилли выглядела красавицей невестой, а Филип — любящим женихом. Дэн, хоть и был крайне молчалив, сделал в роли посаженого отца невесты все как подобает, словно он занимался этим всю жизнь. Остальные присутствующие, которых было немного и которые, как Стефани с грустью заметила, все пришли парами — Сара с Томом, Билл с Риной, Деннис со своей новой подружкой Касси, — казалось, были довольны церемонией с последующим банкетом в домашней обстановке. Только они с Дэном чувствовали себя не в своей тарелке во время этого праздника. И Стефани едва дождалась, когда он закончится.
Наконец был поднят последний бокал, предложен последний тост, произнесены последние поздравления, и новобрачные с гостями разъехались по домам. Измученная Стефани удалилась к себе в комнату переодеться. Затем, не желая больше спать в одиночестве, она пошла искать Дэна в надежде что-то изменить. Она увидела его в дальнем углу выходившего к морю сада под большим старым эвкалиптом, сквозь листву которого неровно пробивался лунный свет.
— Ты идешь спать? — спросила она без предисловий.
— Я не устал, — ответил он, даже не повернувшись к ней.
Стефани стояла возле него, теплый воздух был насыщен всеми ароматами эдемского сада.
— О чем ты думаешь? — едва слышно спросила она.
— О том, что уже несколько дней не выходит у меня из головы. — Он говорил так тихо, что она с трудом разбирала слова. — О том, как мы встретились, как полюбили друг друга…
— И я думала о том же, особенно во время венчания. В воцарившемся молчании чувствовалось так много невысказанного. «Или я заговорю, — думала Стефани, — или я сойду с ума, или зачахну и умру».
— Я по-прежнему люблю тебя, Дэн. Если ты думаешь, что что-то изменилось, ты ошибаешься.
Он все так же стоял неподвижно и не отвечал.
— Что же ты от меня хочешь? — с отчаянием воскликнула она, чувствуя, как он терзает ее своим молчанием и немым обвинением.
Наконец он заговорил:
— Доказательства того, что ты готова бороться за спасение наших отношений с не меньшей самоотверженностью, чем ты борешься за спасение своей компании.
— Я готова.
— Тогда поедем со мной.
Это было извечным камнем преткновения.
— Не могу, Дэн. Ты хочешь, чтобы я бросила компанию?
— К черту компанию. Я хочу, чтобы у меня была жена.
— У тебя она есть, я больше никому не принадлежу.
— Только когда ты не выступаешь в роли президента компании, а я служу тебе лишь небольшим утешением в жизни.
— Я не могу стать другой!
— А я не могу смириться со своей ролью в массовке спектакля «Стефани Харпер». Я думал, ты — моя жена. А может, у Джейка Сандерса другие соображения на этот счет? — С выражением страдания на лице он взглянул на нее.
— Я не знаю, какие соображения у него, но знаю, что думаю я. Послушай меня, Дэн. Это был лишь поцелуй. Неужели за последние семь лет ты никем не увлекался?
— Нет! — Его искренность не вызывала сомнений. — Мне всегда хватало тебя.
И Стефани знала, что так оно и было.
— А мне тебя, — сказала она.
Ее сердце просто разрывалось, и она боялась, что не выдержит и разрыдается.
— Тогда докажи это, — сказал Дэн, вновь вернувшись к своей холодной манере. — Я заказал два билета на самолет, чтобы мы могли отдохнуть на Орфеевом острове. Самолет вылетает завтра в десять часов. Я хочу, чтобы ты улетела со мной.