— Сейчас! — закричал Холд.

Вода схлынула со стен вниз, и из открытого проема на меня тут же вылетело двое мужчин, набрасывая щиты. Не успела отреагировать… Я упала на пол, придавленная щитами и сверху для верности профессором Вайлдсом. Красные волосы упали мне на лицо, попав в рот, и я тут же закашлялась. Не самое приятное, но я хотя бы растеряла весь пыл насчет того, что меня хотят убить… Кажется, три преподавателя маньяка за раз — это перебор.

— А теперь не дергайтесь, Тайрин. Для вашей же безопасности.

Вайлд сполз с меня, когда я послушно затихла. Теперь надо мной был только каменный свод, и трое мужчин, что склонились в районе солнечного сплетения. Мелькали рунические символы, вспышки пламени и гремели амулеты. Не было больно, просто скорее хотелось, чтобы все закончилось. Усталость разлилась по телу, в целом мне было плевать, что сейчас происходит и почему это случилось. Просто, пусть скорее закончится.

— Риар, глаза не закрывать! — профессор Шторк, как всегда, чеканил приказы. Он похлопал меня по щекам, тем самым вырывая из пустоты. — Спать будете потом!

Я узнала его по голосу. После стольких занятий трудно не узнать.

А теперь стало больно!

Обожгло так, словно мне в пищевод плеснули раскаленным железом. И теперь всем троим пришлось удерживать руки и ноги, пока я брыкалась. Пещера наполнилась криком. Истошным и диким.

Прошло… Вайлдс колдовал надо мной, используя очки-артефакт. Каменный свод вспыхивал разноцветными вспышками, пока вдруг мне снова не стало снова до ужаса больно. Словно из меня наживую вытягивали пищевод. Кричала, брыкалась, меня по-прежнему держали, впиваясь пальцами-когтями в тело.

Синяя лента взметнулась под купол. Как во время медитации, когда я впервые увидела Сури. Точно такая же… И ее тут же поглотило пламя.

Боли не было.

Устала, с трудом дышала, но больше не болело. Ран на теле тоже не оказалось. Они затянулись под воздействием зеленого марева, которое выдыхал Вайлдс. Оно сочилось у него изо рта и носа, словно он только что раскурил трубку со странным запрещенным содержимым. Почему-то во всей этой ситуации было жаль не себя, а спортивный костюм, который я надела сегодня первый раз. Мы даже дрались за него с сестрой, он оставался последним в эксклюзивной коллекции, и вопрос решился силой и шантажом.

Теперь штаны порваны на голени, и на бедре прожженные дыры, а что касается спины… На плечи мне накинули куртку Холда. Аромат апельсинов больше не кружил голову, единственное, чего мне хотелось — это проблеваться. Романтика закончилась, так и не начавшись.

Пришла пора поговорить и задать сакраментальные вопросы. Два преподавателя и один куратор сидели напротив меня на корточках. Выражения их лиц мне не нравилось. Смотрели так, словно это я напала на них только что: настороженно выжидая. Может, боялись, что я буду биться в истерике? Недостаточно слез и мольбы?

— Разговор будет не из простых? — начала я.

Шторк хмыкнул и ударил себя по колену:

— Соображаешь — уже хорошо. Идем к успеху. Для начала давай проясним вот что…

На Шторка я смотрела в упор, потому что на Холда не могла смотреть. Перед глазами все еще плыла его улыбка и то, как он методично наносил удары. Без жалости и сожаления.

— Райзер выполнял приказ.

— Почему тогда не добил? — спросила я то, на что хватило сил. Улыбнуться не получилось. Хотя хотелось гаденько рассмеяться.

— Вообще, нам нужно было достать это! — Вайлдс показал зажатую между двух плоских рунических щитов синюю ленту, которая изредка трепыхалась, напоминая живую змейку. — Вытащить паразита — непростая задача и не самая приятная для пациента.

Шторк явно не собирался слушать лекцию или разделять излишне радостное настроение коллеги. Ко мне он обратился, скептически окинув взглядом:

— Встать сможешь?

Я покачала головой, даже не пробуя. Затея казалась провальной сама по себе. У меня просто закончились силы. Сидеть спиной к стене еще терпимо, но пошевелиться — нет, по подвигам я на сегодня все. Осталось разобраться во имя чего. Как только магия Темных Искажений откликнется на призыв, плевать, что я лишь студентка и нельзя нападать на преподавателей хоть и чужого учебного заведения… Но я засуну им лед в глотки, если не пойму, во имя чего это сделали со мной.

Шторк поднялся и сделал шаг назад, он сухо кивнул тому, кого я не хотела видеть. И Холд без лишних предисловий водрузил меня на плечо, так, словно я ничего не весила. Теперь я болталась как мешок, накрытый чужой курткой. От мыслей об очередном унижении отвлек лишь радостный визг профессора Вайлдса:

— Прекрасный образец, — ворковал позади меня красноволосый дракон. Он с нежностью осматривал ленту, зажатую между тончайшего рисунка рун, пока я подпрыгивала на плече Холда, как барашек перед жертвенным огнем.