Шрифт:
На подносе располагались две литровые пивные банки, блюдечко с подсолёнными орешками кешью и глубокая керамическая тарелка, заполненная уже очищенными ломтиками воблы, истекающими жёлто-янтарным жиром.
— Я сплю и вижу прекрасный сон? — засомневался Пашка. — Такого, просто-напросто, не может быть!
— Чпок! — ловко вскрыла первую пивную банку Александра, после чего заверила: — Может, дорогой! Ещё как — может. Пиво, кстати, крепкое, как ты и любишь. Двенадцать алкогольных градусов.
— Целых двенадцать?
— Так точно. Австралийское. Там, в далёкой и дикой Австралии, проживают одни сплошные брутальные мачо. На крокодилов ходят с голыми руками. Питаются сырой кенгурятиной. А все напитки, имеющие крепость менее десяти градусов, считают детским лимонадом…
— Откуда у тебя, красавица, образовалось австралийское пиво? — подозрительно прищурился Сомов.
— От пожилого верблюда. Генерал Тургаев, Трофим Иванович, попросил тебе передать. Мол: — «Пусть наш молодожён восстановит растраченные силы. А крепкое австралийское пиво, как всем известно, оно действенно способствует повышению мужской потенции…». Старый развратник.
— Так ты и с генерал-лейтенантом успела повстречаться? Шустра, ничего не скажешь… Проходила развёрнутое собеседование на предмет занятия вакантной должности главного купчинского «дозорного»?
— Это точно. Проходила собеседование. И, представь себе, успешно прошла.
— Значит, Дозор, действительно, является «кремлёвским проектом»? А его повседневная деятельность курируется на самом высоком государственном уровне?
— А как же иначе, милый? — удивлённо передёрнула голыми плечами Сашенция. — В стране наблюдается самый натуральный разгул преступности. И финансовой и, так сказать, бытовой. Количество убийств и изнасилований уже никто и сосчитать толком не может. Бороться с этим злом «по белому» не получается. Почему — не получается? По капустному кочану. Слюнявые принципы ложного гуманизма и продажного милосердия. Сверхлиберальный и мягкий Уголовный Кодекс. Мнение цивилизованной и мягкотелой Европы. Правозащитники фиговы. Ушлые адвокаты. Оборотни в погонах и судейских мантиях. Могу продолжать до самого утра… Но, бороться-то с преступностью надо? А? Чего молчишь, бравый майор?
— Надо, ясен пень, — отводя глаза в сторону, хмуро буркнул Пашка. — Кто бы возражал.
— Вот, то-то же… Значится, диспозиция у нас следующая. Я руковожу купчинским филиалом Дозора. А ты, неутомимый и могучий самец, возглавишь — после отъезда Тощего бастарда — Фрунзенское РУВД. Будем, любимый, трудиться в одной упряжке. В форме семейного подряда. На благо истинной справедливости.
— Подполковник Назаров… э-э-э, собрался в отъезд?
— Пока нет, — игриво и недвусмысленно подмигнула Александра. — Но, со временем, соберётся. По крайней мере, генерал-лейтенант Тургаев сегодня высказался однозначно, мол: — «Не доверяю я всем этим пришлым субъектам. В старину на Руси был в почёте один хороший принцип, мол: — „Где родился, там и пригодился“. Вот, исходя из этого проверенного веками подхода, мы и будем выстраивать эффективную кадровую политику…». Кстати, я сегодня, после митинга, познакомилась с Мариной Бокий, женой Толстого бастарда. Познакомилась и даже напросилась к ней в гости. Завтра встречаемся в половине второго. А ты, будущий подполковник, с утра обязательно отзвонись генерал-лейтенанту. Он просил… Ну, пей австралийское питательное пиво, молодожён. Восстанавливай, по-быстрому, растраченные силы, и — вперёд. За орденами, славой и небом в крупных алмазах. По новому сексуальному кругу…
В утреннем разговоре Тургаев подтвердил все Санькины вечерние постулаты.
Естественно, что Сомов напрямую ничего не спрашивал, а генерал-лейтенант — открытым текстом — ничего не отвечал. Так, сплошные иносказания и полунамёки. Эзопов язык, образно выражаешь. Из знаменитой серии, мол: — «Кому надо — тот поймёт…».
— Мне сегодня подъехать на Некрасова? — в конце разговора спросил Пашка. — Ну, чтобы отчитаться по вчерашнему дню?
— Не стоит, майор, — заразительно зевнул из телефонной трубки Тургаев. — Тощий бастард, отчитается. Он большой мастер — общаться с высоким начальством и вешать длинную лапшу на доверчивые генеральские и депутатские уши. Тем более что все службы вчера отработали по высшему разряду. Лично у меня нарекания и замечания отсутствуют. Молодцы. Хвалю. Можете взять с полки буфета по питательному пирожку с мясом. В том смысле, что квартальная премия всем гарантирована…
— Как же так? — удивился Сомов. — А взрыв гранаты?
— Разве же это был взрыв? — насмешливо хохотнул генерал-лейтенант. — Так, элементарная шумовая пугалка с полным отсутствием каких-либо поражающих элементов. Причём, маломощная. У жены Толстого бастарда даже барабанные перепонки не пострадали. Ерундовина дымовая. Пиротехническая хренобобь из арсенала современных киношников. Дешёвая и несмешная шутка… Но, майор, шутника этого ищи со всем усердием и прилежанием. Засучив рукава по самые плечи. И, вообще… Пусть всякие Назаровы и Бокии ползают по пушистым начальственным коврам, да штаны просиживают до дыр на совещаниях и планёрках. А, ты, Пашенька, «на земле» работай. На родимой земле, подчёркиваю. Ножками, ножками. Господь Бог, он работящих парней очень уважает и ценит. Даже, иной раз, и помогает. Если, понятное дело, сочтёт нужным…
В «Два капитана» Гришка Антонов заявился не один, а со вчерашней симпатичной дамой, слегка похожей на известную российскую актрису Наталью Белохвостикову из культового фильма — «Тегеран-43».
— Сова, — поднимая тёмную вуаль на тулью элегантной лиловой шляпки, представилась женщина.
«Какие у неё, чёрт побери, замечательные глаза!», — одобрил Пашкин внутренний голос. — «Большие, выразительные, тёмно-зелёные. Колдовские, если выражаться по сути… Да, теперь с Брюсом всё окончательно понятно. Скоро, двести процентов из ста, на нашей грешной планете на одного женатика станет больше…».
— Павел, — мысленно попросив внутренний голос заткнуться, отрекомендовался Сомов. — Майор российской полиции. Присаживайтесь, господа и дамы.
— Присядем, конечно, — согласился Григорий. — Прошу, кстати, обратить внимание — одни майоры кругом. Куда ни плюнь. Ольга когда-то трудилась майором юстиции. Я ушёл из доблестного российского ГРУ в майорском звании… Эй, любезный! — подозвал официанта. — Принеси-ка нам — чисто для начала — два трёхлитровых кувшина с пивом. Один с — «Янтарным», а второй с — «Василеостровским светлым живого брожения».