Шрифт:
— И вы начинаете действовать?
— Да.
— Ну, вот теперь вы гораздо рассудительнее… Еще одно слово, однако, это… Но я как друг должен предупредить вас… Вы знаете хорошо мадам де Торрес?…
— Не будем говорить о ней…
— Берегитесь, барон. Та, которую называют Тенией, разорила и погубила людей побогаче и познатнее вас!
— Что мне до этого?… Я люблю ее…
При этих словах барон мгновенно изменился. Вся его фигура теперь выражала бешеную животную страсть. Он был омерзителен.
— Если так, — заметил герцог де Белен, — то не будем больше говорить о ней. Я не имею ни малейшего желания навязывать себя в менторы… Но — вернемся к делу… Я не буду настолько нескромен, чтобы спрашивать у вас, какими средствами думаете вы победить неизбежное сопротивление баронессы де Сильвереаль… Я вам скажу только одно: в тот день, когда Люси станет моей женой, я дам вам пятьсот тысяч франков…
— Хорошо! Но пока…
— От вас зависит, чтобы это произошло поскорее. Впрочем, на этот раз я еще вам помогу…
— Что? Пятьдесят тысяч франков, в которых вы мне отказывали…
— Вот они, — прервал де Белен.
На листе бумаги он написал несколько слов, подписал и протянул его Сильвереалю со словами:
— Завтра Аллар выдаст вам эти деньги.
— Ах! Друг мой! — вскричал Сильвереаль. — Вы мой спаситель!
— Ну, этого Тении хватит ненадолго, — заметил, смеясь, герцог
Сильвереаль пожал плечами.
— Вы не знаете ее! — сказал он.
— Конечно! Мадам де Торрес — ангел! Во всяком случае, это ваше дело. Но не забывайте главного…
— Нет, я вам обещаю! Теперь позвольте мне задать один вопрос…
— Извольте, сколько угодно.
— Вы продолжаете ваши розыски сокровищ кхмеров?
— Вы в этом не сомневаетесь, я полагаю?
— И вы думаете напасть на след?
Де Белен на минуту задумался. Невольно его глаза обратились к обломку черной статуи, арабески которой искрились при свете свечей.
— Может быть, — сказал он наконец. — Сфинкс выдаст мне свою тайну.
— И вы думаете, что именно здесь, в Париже, вы заставите его говорить?
— Я в этом убежден.
— Пусть же скорей наступит день успеха! Так как я предполагаю, что вы тогда не забудете меня, герцог?
Глаза де Белена сверкнули.
— Что будет для меня значить бросить вам несколько миллионов! Мы будем тогда царями Парижа, царями всего света! О! Как все покажется нам тогда мелким и ничтожным! Мы увидим у своих ног великих и гордых! Возвышаясь неизмеримо над всем, мы будем тогда презирать общество, которое задрожит под нашей мощной рукой! Тогда я буду Богом!
— А я — вашим пророком, — прибавил весело Сильвереаль. — Мужайтесь же! Все лучшее — впереди!
С этими словами барон удалился, горячо пожав на прощанье руку герцога.
Де Белен остался один. В течение нескольких минут он был погружен в размышления.
— Этот человек становится назойливым и опасным, — прошептал он наконец. — Я даю ему месяц сроку. После этого…
Он не окончил, но жест его был настолько красноречив, что если бы Сильвереаль увидел его, он вздрогнул бы от ужаса. Белен подошел к двери своего кабинета, отворил ее и стал прислушиваться. Вокруг было тихо.
Шел пятый час, но утро еще не наступало. Спальня де Белена находилась рядом с его кабинетом. Как путешественник, привыкший к опасностям и лишениям, он довольствовался простым гамаком вместо кровати.
Войдя в спальню, он запер дверь на замок и разделся, но вместо того, чтобы лечь, подошел к большому сундуку из дорогого дерева и, открыв его, вынул блузу и панталоны синего холста, в которые быстро облачился.
Затем он зажег маленький фонарь и сунул в карман пистолет.
Закончив эти приготовления, он вышел из своей спальни и направился к оранжерее, той, где происходило свидание баронессы де Сильвереаль и Армана де Бернэ.
Там герцог скользнул за большую сосну и, нагнувшись, придавил скрытую в полу пружину. Открылся люк, обнаруживший глубокую черную бездну.
Минуту спустя де Белен исчез, и люк снова закрылся.
5
ПОД ЗЕМЛЕЙ
Отверстие, в которое скрылся герцог, было круглое, обложенное камнем. Очевидно, прежде в нем была лестница, уже давно исчезнувшая. Де Белен привязал к шее фонарь так, чтобы он освещал ему дорогу.
Спуск был далеко не легок. В стене торчали местами железные крючья, за которые герцог цеплялся руками, опираясь ногами на выступы стены. Легко было догадаться, что он уже не в первый раз проделывает этот трудный путь, так как все его движения отличались почти автоматической точностью. По мере того как он опускался, темнота все более и более сгущалась, а воздух делался все более спертым и тяжелым, так что по временам де Белен должен был останавливаться, чтобы перевести дух. Таким образом он спустился метров на десять и остановился, так как стена кончалась. Тогда, не колеблясь, он прыгнул вниз. Высота, с которой он совершил прыжок, была не более двух метров, и когда свет фонаря осветил помещение, то стало видно, что это круглый погреб со сводами, в середине потолка которого было отверстие, через которое проник де Белен. Поспешно оглядевшись вокруг, очевидно, только по привычке, так как трудно было предположить, чтобы в этот погреб мог пробраться кто-нибудь чужой, герцог наклонился и поставил фонарь на пол. Затем он пошел в один из темных углов и вынес оттуда различные инструменты. Бросив их на землю, он снова поднял фонарь. Вдруг он вскрикнул от удивления.