В центре зала, на отполированном до блеска деревянном полу стояла тренер семьи Блэкторнов, властная женщина по имени Катерина, которая сейчас учила близнецов метанию ножей. Ливви вежливо следовала всем инструкциям, как и всегда, а Тай был угрюм и упрямился.

Джулиан в своей светлой тренировочной форме лежал на спине возле западного окна, разговаривая с Марком, уткнувшимся в книгу и делающим все возможное, чтобы игнорировать своего сводного брата.

— Тебе не кажется, что Марк — странное имя для Сумеречного Охотника? — спросил он, когда Эмма подошла к ним. В смысле, ты только подумай. Это сбивает с толку. «Нанеси на меня руну*, Марк».

Марк поднял свою светловолосую голову от книги и уставился на младшего брата. Джулиан лениво вертел в руках стило. Он держал его, словно кисточку, за что Эмма постоянно ругала его. Стило нужно держать как стило — будто это продолжение твоей руки, — а не инструмент художника.

Марк театрально вздохнул. В свои шестнадцать он был достаточно старше их, чтобы находить все, чем Эмма и Джулиан занимались, раздражающим или смехотворным. — Если тебя это так беспокоит, ты можешь называть меня моим полным именем, — сказал он.

— Марк Энтони Блэкторн? — Джулс наморщил нос. — Слишком долго выговаривать. Что, если на нас нападут демоны? К тому времени, как я произнесу хотя бы половину твоего имени, ты уже будешь мертв.

— В этом примере ты спасаешь мне жизнь? — поинтересовался Марк. — Не торопись с выводами, малявка.

— Всякое может случиться. — Джулиан, не слишком довольный тем, что его назвали малявкой, сел. Его взлохмаченные волосы торчали во все стороны. Старшая сестра Хелен часто нападала на него, вооружившись расческами, но это мало чем помогало.

У Джулиана были Блэкторнские волосы, как у отца и у большинства его сестер и братьев — сильно вьющиеся, цвета темного шоколада. Их семейное сходство всегда поражало Эмму, которая слабо походила на обоих родителей — ну, если не считать факта, что ее отец тоже был блондином.

Хелен была в Идрисе уже несколько месяцев вместе со своей девушкой, Алиной; они обменялись кольцами и были очень серьезно настроены, по словам родителей Эммы, что по большей части означало: те обменивались слащавыми взглядами. Эмма была уверена, что если и влюбится когда-нибудь, то не будет сентиментальничать. Она понимала: тот факт, что Хелен и Алина обе были девушками, вызывал некий ажиотаж, но не знала, почему. Да и Блэкторнам, казалось, очень нравилась Алина.

Ее присутствие успокаивало Хелен и уберегало ее от волнений. Нынешнее отсутствие Хелен означало, что Джулса некому подстригать, и свет, проникавший в зал, золотил кончики его растрепавшихся волос. Окна, находящиеся на восточной стене, открывали вид на неясные очертания гор, отделявшие море от долины Сан-Фернандо — засушливых, пыльных холмов, изрешеченных каньонами и усеянных кактусами и колючими кустарниками.

Иногда Сумеречные Охотники тренировались на открытом воздухе, и Эмма обожала эти тренировки; ей нравилось находить скрытые тропы и тайные водопады и сонных ящериц, лежащих на камнях возле них. Джулиан был мастером уговаривать их свернуться калачиком и спать на его ладони, пока он гладил их головки большим пальцем.

— Осторожно!

Эмма пригнулась в ту же секунду, как деревянный меч, пролетев возле ее головы и отскочив от окна, зарядил Марку по ноге. Он отбросил свою книгу и встал, хмурясь. Технически, Марк был вторым смотрителем, помогающим Катерине, но он предпочитал чтение преподаванию.

— Тибериус, — сказал он. — Не смей бросать в меня ножи.

— Он случайно, — Ливви подошла и встала между близнецом и Марком. Тибериус был темненьким, а Марк светлым; единственный из Блэкторнов, — за исключением Марка и Хелен, которых нельзя было считать из-за того, что в их жилах текла кровь Нежити — кого природа не наградила темно-коричневым цветом волос и сине-зелеными глазами, что считалось фамильными чертами. У Тая были кудрявые черные волосы и глаза стального серого цвета.

— Нет, не случайно. Я целился в тебя.

Марк сделал преувеличенно глубокий вздох и пробежал пальцами по волосам, заставив их торчать во все стороны маленькими шипами. У него были Блэкторнские глаза цвета вердигриса, а вот волосы, как и у Хелен, были практически белыми: в наследство от матери. Ходили слухи, что матерью Марка была принцесса Летнего двора; у нее был роман с Эндрю Блэкторном, подаривший ей двух детей, которых она оставила на ступенях Лос-Анджелесского Института одной ночью, прежде чем исчезнуть навсегда.

Отец Джулиана принял своих полу-детей полу-фей и вырастил их Сумеречными Охотниками. Кровь Охотника была доминирующей, и хотя Совету это не нравилось, он согласился принять в Конклав детей Нежити при условии, что они будут в состоянии выносить действие рун. И Хелен и Марку их первые руны были нанесены в десятилетнем возрасте, и их кожа нормально отреагировала на них, хотя Эмма могла сказать, что Марку они причиняют куда большую боль, нежели обычному Охотнику.

Она заметила, как он морщится, — пусть он и пытался это скрыть — когда стило касается его тела. Позже она стала замечать много интересных деталей за Марком: то, как удивительно в его внешности все сильнее проявляются черты фей, какими широкими становятся его плечи.