Шрифт:
– Илтарни! Что? Ты что-то сказал?
– Да... Я тебя разбудил? Прости... Как ты постарел! Перед тобой я тоже виноват. Ты так и сидишь тут со мной? Все эти... годы?
– Илтарни!
– Орток йенна Крейд трясущимися руками ощупывал брата, не отвечая, не понимая и не веря, и наконец уткнулся лицом ему в грудь, глухо всхлипнув.
– Ты очнулся! Брат... Столько лет! Ты молчал неделями - а потом начинал говорить, повторял одно и то же, и никогда не отвечал мне! Сначала я не мог до конца вылечить твою лихорадку... А потом так трудно было заставлять тебя хоть что-нибудь съесть! Мы и гуляли с тобой, ходили... сидели тут, в саду... а ты не помнишь? Ничего не помнишь?
– Нет... Как гуляли - не помню. И сада тоже... Сад изменился, - грустно сказал Илтарни.
– Орток! Помоги мне встать.
– Да-да! Конечно!
Орток придержал брата за плечо, Илтарни медленно встал и огляделся.
– Весна...
– сказал он.
– Я любил... весну.
– Пойдем, - как-то жалко засуетился брат, - тебя надо накормить поскорее! Сейчас мы выпьем... за то, что ты наконец очнулся...
– Накормить... да. Надо поесть перед дорогой, - решительно сказал Илтарни.
– Странно... Я думал - и на ногах-то тверд не буду... Знаешь, Орток... Даллен сказал, что простил меня. И сказал, что он... живой. Скажи, неужели он и вправду не умер?
– Да... Найгерис как-то узнали, что он не убивал, и... оправдали его... и он теперь у них живет, - отозвался брат виновато. Словно это он был причиной казни Даллена.
– Значит, ты увидел его во сне?
– Да. Увидел. Он меня простил почему-то... только вот сам я ещё не простил себя. Накорми меня, брат, и помоги собраться в дорогу. Пожалуйста.
– В какую дорогу?! Ты же не сможешь и на коне-то усидеть!
– Я поеду в Найгету, - сказал Илтарни так, что брат какое-то время молчал, не зная, что же возразить и как.
– Они же тебя убьют, - прошептал он.
– Значит, убьют. Но я... поеду.
– Я поеду вместе с тобой!
– заявил Орток почти с былой уверенностью.
Илтарни улыбнулся - тень прежнего веселого мальчишки промелькнула и исчезла.
– Я не смею об этом просить, - сказал он, - и, наверное, не имею на это права... но я буду тебе благодарен, если ты... поможешь мне добраться.
Они молча шли к дому, на фасаде которого заиграли солнечные зайчики от трепещущих листьев яблонь. И изверившемуся, апатичному графу йенна Крейд вдруг подумалось, что занимающееся утро - начало новой жизни. Или смерти. Но чего-то такого, что будет лучшим, чем их жизнь сейчас.
А Илтарни мечтал.
Странными были его мечты - и если бы кто-то мог их увидеть, то сказал бы, что видит сражение.
Пограничная крепость Драконий Клык - та, чьи стены помнили мальчишку-Даллена. Граница с Эрвиолом, которая никогда не была спокойной: вылазки, стычки, исчезнувшие мирные жители и солдаты...
Служить там. Просто рядовым. Нести службу и погибнуть, если получится, за родину...
* * *
Даллен шел по улице Шайла...
Шайл был тем же. И одновременно другим - наверное, потому, что изменился сам Даллен.
И весна была другой... Запахи... Нет, в Найгете чудесно пахло лесом и хвоей, янтарного цвета досками, которыми вымощены были окраины, и даже яблони там тоже цвели. А всё же... по-другому они цвели.
Запахи были более теплыми, солнечными - родными.
Теплая земля, клумбы и везде цветы. Хоть и маленький, а ящичек с растениями висел почти у каждого окна.
Резная скамейка - и возле нее земля усеяна белыми лепестками яблони и вишни... Запах орионий - ярко-желтые головки светятся в траве.
А звуки...
Даллен "открыл" восприятие Поющего, и родной город обнял его звуками со всех сторон. Радостный лепет того дома, что семь лет назад ещё не был достроен... Даллен помнил его. Удивленный вздох, почти стон - от старого серого здания в переулке, где была хлебная лавка. Она и сейчас там, и пахнет свежей выпечкой... Старый дом, как гордая собака, что никогда не возьмет подачки от человека, почти кричал: "Пришел! Пришел!" Был бы он собакой - отчаянно вилял бы хвостом.
"Ты здесь", - прошептала акация у маленького флигеля, ласково проведя листком по лицу.
А из особняка на берегу речки послышались торжественные аккорды. И что-то похожее на мужской хор. И торжествующий звук трубы...
А куда он сейчас идет? Ах вот оно что...
Старый оружейник. Даллен часто вспоминал о нем. Однажды он даже решил написать старику письмо, - передать его с кем-то, кто приезжал в Найгету, не составило бы труда, но... что он мог написать?
Сейчас в саду, примыкавшем к дому оружейника, слышали голоса из беседки, увитой диким виноградом.