Шрифт:
Аманда со вздохом потянулась к тарелке с сушеным инжиром и, выбрав плод покрупнее, обмакнула его в жидкий мед. Все запретное всегда вызывает особенно острое желание, даже если речь идет всего лишь о еде. Но выхода нет — нужно терпеть! Диктатор Ромуса, Колинор, наверняка избалован обществом красоток, так что придется приложить изрядные усилия, чтобы быть на высоте.
Аманда и прилагала. Масляной массаж, поиск новых благовоний, релаксация, специальные растяжки для повышения гибкости тела и прочее, прочее… И снова парадокс: весьма приятные процедуры, которые раньше доставляли ей истинное наслаждение, теперь наводили скуку. Что ж, и самое любимое занятие утратит свой притягательный ореол и станет ненавистной повинностью, если из досуга превратится в суровую необходимость…
— Мне еще повезло, что Колинор вполне хорош собой, — с легким вздохом пробормотала Аманда и в очередной раз глянула на преподнесенный Дидро крохотный портрет диктатора Ромуса в золоченой рамке. Там был изображен моложавый темноволосый мужчина с тяжелым подбородком, высоким залысым лбом и выступающими скулами. Ради такого господина не стыдно и постараться…
Но, конечно, она занималась не только внешностью. Было еще три крайне важных дела.
Во-первых, Аманда пускала пыль в глаза Старейшинам Совета. Они должны были пребывать в убеждении, что Эос готов к нападению Ромуса… Но главная женщина Афиннеза прекрасно понимала, что их воины не смогут долго противостоять ромусской армии. Славные победы эоситов остались в далеком, многократно воспетом поэтами, прошлом…
Во-вторых, Аманда выстраивала стратегию завоевания симпатий Колинора. Конечно, женщина не питала наивных иллюзий, будто покоренный ее красотой диктатор повернет свою армию вспять, но ведь проигрыш проигрышу рознь! Аманде вовсе не хотелось, чтобы Колинор провел ее, закованную в цепи, по улицам Ромуса во время своего Триумфа, а потом казнил на виду у разгоряченной толпы зевак. Пусть уж лучше он сделает ее своей представительницей в Эосе… Остается найти правильный подход к сердцу тирана. Например, такой: Колинор соглашается принять эосского парламентера, однако вместо официального корабля к нему приплывает роскошное судно с дарами… и дивной нимфой на борту. В роли нимфы будет выступать, конечно, сама Аманда.
Ну, и наконец, третье дело. Подготовка красивого конца. А именно — смерти, ведь смерть — весьма вероятный исход. И если ей, Аманде, суждено в скором времени погибнуть, сделать это нужно красиво. Так, как и подобает главной женщине Афиннеза.
Аманда уже придумала несколько подходящих вариантов изысканной смерти и хотя окончательного выбора еще не сделала, все больше и больше склонялась к мысли, что лучше всего перейти в Мир Мертвых при помощи укуса черной эосской кобры. Нужно будет надеть любимый наряд, умастить тело маслами, нанести парадный грим и, расположившись в тронном зале, принять торжественную смерть. И тогда Колинор не сможет всласть поиздеваться над поверженной противницей. Нет, она ни за что не предоставит ему подобной возможности!
Аманда пригубила вино и задумчиво улыбнулась. Что ж, она в любом случае выйдет победительницей. Пусть даже ценой собственной жизни.
ЧАСТЬ I I. НОВАЯ ЭРА
Глава 1. Реконструкция прошлого
Они встретились за ленчем — красивая шатенка в длинном лимонном платье строгого кроя и седовласый импозантный мужчина в летах, облаченный в украшенный рубинами камзол.
Сотрапезники расположились на открытой, залитой жарким солнечным светом террасе за изысканно накрытым столом. Женщина задумчиво и со вкусом пила белое вино, а ее напоминающий немолодого льва собеседник недовольно хмурился, словно ведя какой-то мысленный спор с самим собой.
— Приятный день, — наконец-то заговорила шатенка, в очередной раз пригубив вино. — Правда, Арвен?
Арвен поднял на нее взгляд и равнодушно пожал плечами:
— Возможно… но все зависит от результата нашей беседы, дорогая Кандида.
Женщина коротко рассмеялась:
— Ну, что ж… польщена, что от меня зависит так много!
— Не преувеличивай, — поморщился древний колдун и тоже отпил вина. — Но все-таки наш разговор важен. Так что… может, перейдем к делу?
— Давай, — согласилась Кандида. — Полагаю, ты хотел поговорить о Хуане и этой выскочке Диане?
— Я бы выскочкой назвал, скорее, твоего Хуана, — усмехнулся маг. — Но, в целом, да, я имею в виду именно эту пару…
— Ну, и что тут можно обсуждать? — устало поинтересовалась Кандида и потянулась к вазочке с шоколадными дольками.
Арвен прищурился, всматриваясь в собеседницу, и, помедлив, спросил:
— Скажи откровенно, Кандида… ты ведь неравнодушна к своему Хуану?
Женщина свела красивые брови, но отвечать не спешила. Демонстративно доела шоколад, старательно вытерла перепачканные пальцы бумажной салфеткой и только после этого сказала, по-прежнему глядя куда-то в сторону:
— Хуан отнюдь не мой, Арвен.
— Это не ответ на вопрос! — насмешливо заметил колдун.
Кандида выпрямилась и в упор посмотрела на своего визави. В ее взгляде сквозило раздражение, а уголки полных губ изогнулись в недоброй улыбке.
— Тебе не кажется, что ты несколько нахален? — процедила она.
— В нахальстве меня обвиняют впервые, — иронично признался Арвен. — Но я с тобой не согласен. Мой вопрос позволителен… ведь мы с тобой находимся в одинаковых условиях.
— Неужели? — холодно удивилась Кандида.