Шрифт:
— И больше ничего не случилось?
Мистер Коутс с трудом уселся.
— Я вернулся, поставил на место слайвер, взял инструменты, ведро с красной краской и пошел расправляться со статуей. Потом я оставил пустую банку из-под краски на скамейке и отправился домой.
Первый сеанс закончился, а Мальпарто так ничего и не узнал. С пациентом не происходило ничего особенного ни на Хоккайдо, ни до поездки туда; он встретил каких-то мальчишек, сделал попытку купить виски, посмотрел книгу. Только и всего.
— Вас когда-нибудь подвергали пси-тестам? — спросил Мальпарто.
— Нет. — Пациент поморщился от боли. — У меня голова раскалывается от ваших наркотиков.
— Я хотел бы попробовать кое-какие стандартные методы. Пожалуй, в следующий раз; сегодня уже поздновато. — Он решил прекратить воспроизведение следов памяти. Они ничего не давали. Нужно заняться самим сознанием, а не его содержимым.
— Узнали что-нибудь? — поинтересовался мистер Коутс, вставая на негнущиеся ноги.
— Пока немного. Еще один вопрос. Мне бы хотелось узнать о последствиях вашей шутки со статуей.
Как по-вашему…
— У меня из-за нее одни неприятности.
— Я имею в виду не вас, а все общество Морака.
Мистер Коутс задумался.
— Какие тут могут быть последствия? Разве что прибавилось работы полиции и газетам.
— А те люди, которые видели поврежденную статую?
— Ее никто не видел; полицейские соорудили большой ящик. — Мистер Коутс почесал подбородок. — Правда, ваша сестра успела кое-что рассмотреть. И еще легионеры. Они окружили статую и охраняли ее.
Мальпарто сделал еще одну пометку в своем журнале.
— Гретхен сказала, что некоторые легионеры смеялись. Статуя была повреждена весьма своеобразно; вероятно, вы слышали.
— Я слышал, — кивнул Мальпарто. Он мог расспросить сестру позже. Значит, они смеялись. Интересно.
— Почему?
— Ну, видите ли, легионеры — это бойцы штурмовых отрядов Морака. Им приходится выполнять грязную работу. Они всегда должны быть бдительными и обычно не смеются.
Дойдя до двери, мистер Коутс остановился.
— И все-таки я не понимаю.
"Прекогниция, — подумал доктор Мальпарто. — Способность предвидеть будущее".
— До понедельника, — сказал он, закрывая журнал. — В девять часов вас устроит?
Мистер Коутс мрачно кивнул и отправился на работу.
Глава 10
Едва он вошел в свой кабинет, появилась Дорис и сообщила:
— Мистер Парсел, что-то случилось. С вами хочет поговорить Гарри Прайер. Прайер, возглавлявший Художественный отдел Агентства, стал временным заместителем Алена, заняв место Фреда Лади.
Прайер тотчас появился из-за двери, у него был весьма озабоченный вид.
— Дело касается Лади.
— Он еще не ушел? — спросил Ален, снимая пальто. Действие наркотиков Мальпарто все еще ощущалось; продолжала раскалываться голова.
— Ушел, — ответил Прайер. — Он ушел в Блэйк-Моффет. Мы получили сведения из Т-М сегодня утром, пока тебя не было.
Ален застонал.
— Он знает все, чем мы собирались заняться в ближайшее время, продолжал Прайер, — все новые пакеты, все последние идеи. Значит, теперь это знает Блэйк-Моффет.
— Проведите инвентаризацию. Выясните, что он взял. — Ален сел за стол. — И сразу дайте мне знать, когда кончите.
Инвентаризация заняла целый день. В пять часов информация лежала на столе у Алена.
— Он обчистил нас, — подвел итоги Прайер. — Пусто. Просто поразительно. Наверное, поработал не один час. Конечно, мы можем попытаться подать в суд.
— Блэйк-Моффет будет тянуть время, — возразил Ален, поигрывая желтым блокнотом. — Когда мы получили обратно свои пакеты, они уже устареют. Придется придумывать что-то новое.
— Легко сказать, — покачал головой Прайер. — Такого еще не случалось. Конечно, Блэйк-Моффет понемногу грабил нас. Но чтобы кто-то из высшего руководства перебежал к ним и прихватил все материалы…
— До этого мы еще никого не увольняли, — напомнил Ален. — Они могут здорово навредить нам. И Лади им, конечно, поможет. Жалко материалов.
Когда Прайер ушел, Ален встал и принялся ходить по кабинету. Оставался только день на то, чтобы принять решение о Т-М. И оставалась проблема со статуей;