Шрифт:
Людей с восточным типом внешности, Тео отметил, было мало. Но почти все — хорошо одетые, как будто одна из областей Алатуса выделялась процветанием. Вдруг вспомнился дед Амидат, отправившийся за большой магией на Землю. А ведь, по словам Авалы, Тео унаследовал его серебристые волосы, в простонародье считающиеся седыми. Значит, дед не выглядел как коренной китаец, но, однако же, прослыл за своего…
Ещё Тео встретил трёх «афро» — все они были одеты в серые платья с золотой тесьмой по краю длинных пол, рукавов и горловины. Возможно, то были ликторы, но спросить об этом было не у кого — Дарден с Хирамом вероятно в этот момент навещали младшую дочь Хирама — Уну. Краем уха Тео по дороге услышал имя маленькой девочки, почему-то живущей в Ааламе, что расстраивало Дардена. Кажется, крестьяне собирались её навестить и Тео с собой не позвали.
За два часа шатания по оживлённому центру Аалама Тео успел потратить половину монет на дешёвую ерунду. В только что приобретённой простенькой суме при ходьбе позвякивала мелочь, как-то: бусы для Делфины из ярко-красного с белыми разводами камня, деревянные свистульки-драконы, то ли подвески для девушек, то ли украшения для конской сбруи, несколько фруктов, напоминающих земные яблоки, свеклу, авокадо и редьку (их Тео собирался осторожно распробовать вечером), наконец купил что-то вроде ножа, но уж со слишком коротким лезвием. Таким разве что кожуру с мелких яблок срезать. Продавцу-лоточнику Тео показал, что ему нужен длинный размер, однако мужчина изменился в лице и категорично сказал:
— Нет такого! Будешь этот брать? Или проваливай!
Подумалось, что в Ааламе оружие под запретом, но, приглядевшись к мимо проходящим, Тео сразу увидел хорошего качества кинжалы в ножах на некоторых мужчинах. Юноши тоже носили оружие, но почти все они являлись ратниками — их одежда один в один походила на ту, которую Тео подарили в горах стражи с драконами.
Наконец, обойдя все магазины и осознав, что от монет осталось чуть больше десятка серебряков, Тео заставил себя умерить туристический пыл. Он чуть было не забылся, представляя себя туристом в чужом мире, где на него пока не обращали внимания. Но возвращаться в харчевню, чтобы дождаться Хирама и его сына, Тео не стал, а зашагал в ту часть центра, где приметил шатры, возле них — ратников в чистой и новой одежде, а также достаточно много постороннего народа, толпящегося возле этих шатров — наверное, будущих наёмников.
На полдороге он вспомнил негодование хозяина харчевни и свернул к шатру, возле которого стояла девушка с парнем — явно зазывалы, рекламщики. Перед ними топтались пятеро или шестеро девушек возрастом от шестнадцати до тридцати, и половина из них была одета уже в мужскую одежду. Тео подошёл и встал в стороне, парень-зазывальщик что-то рассказывал девушкам, собравшимся променять свою нелёгкую женскую долю на мужскую.
В самом деле, как и сказал хозяин харчевни, королеве вдруг пришла великолепная идея создать женский отряд, сначала для охраны дворца, той части, где обитала сама королева, ведь много бывших талантливых ратников ушло на войну с оборотнями и до сих пор не вернулось…
Тео с любопытством рассматривал лики будущих амазонок, на которых появлялись нерешительные улыбки от обещаний, потом сменялись смущением и страхом… И лишь одна из них выглядела уверенной. Выцепив её взглядом в толпы, Тео не смог отвести глаз — так она была хороша! Тёмные, почти чёрные волосы, были заплетены в косу, но у лица выбивалось несколько коротких вьющихся прядей, что делало и без того притягательное лицо миловиднее. Большие карие глаза, в которых, кажется, от некоторых слишком дерзких мыслей вспыхивали на солнце золотистые искры. Чувственные губы, аккуратный нос и мягкий овал лица — почти как у красивого ребёнка.
Сама стройная, подтянутая, словно занималась спортом, вроде гимнастики или прыжков в воду. Стоит, заложив пальцы за широкий пояс, словно мужчина. Тео нестерпимо захотелось узнать, какой у неё голос — низкий, грудной, или высокий, тонкий. Он подошёл ближе, встав за спиной какого-то мужика, сопровождавшего простолюдинку, и прикидывая, можно ли подобраться ближе, оставаясь незамеченным.
Когда рекламщики закончили соблазнять, последовали короткие диалоги — девицы и их отцы или братья что-то уточняли. Одна из девиц подошла к столу, на котором лежали пергаменты, очевидно, собираясь подписать контракт. И только кареглазая покинула толпу и направилась куда-то.
«Из тебя амазонка получилась бы лучше, чем из этих пастушек», — подумал Тео и последовал за девушкой, останавливаясь и отворачиваясь, если она озиралась.
Вот незнакомка свернула в узкий проулок, Тео — за ней, удивляясь своему любопытству. «Мне скучно», — признался он самому себе и задвинул в угол сознания на время память о том, что надо возвращаться и можно заблудиться. Но не могла же такая девушка жить в трущобах!
В проулке к ней присоединился молодой человек, одетый на манер простолюдина, но его стать, как и его спутницы, не могла обмануть внимательный взгляд — парочка казалась непростой.
Они зашли в какую-то лавку сомнительного вида, Тео подумал и нырнул следом.
Он оторопел, когда оказался внутри. Нет, его поразило не убранство этой лавки, внутри казавшейся небольшой — на стенах висели топоры, наконечники, по-видимому, для пик, стрелы, луки… В самой лавке не оказалось загадочной девушки и её путника! Тео для уверенности даже покрутился, рассматривая стены: может, где-то есть вход в соседнюю комнату или зал? Но единственная дверь за спиной молодого человека, сверстника Тео, была заперта, да и добраться до неё казалось проблематичным — если только не перепрыгнуть через высокий прилавок