В кабинете высокие книжные полки доходили до самого потолка. Пол, сделанный из черного, как смоль, мрамора, как и вся остальная Лига, был украшен золотыми линиями, образующими круг посередине. Под кольцом блестящим курсивом нацарапано слово «Импернокто».

Империя ночи.

Шагнув вперед, мадам Зукова осмотрелась. Через некоторое время она кивнула сама себе и похлопала Баста по плечу.

— Это подойдет.

Она указала на две бархатные оттоманки у высокого окна, молча приглашая Картану сесть. Кивнув, дочь Раеса подчинилась.

Безумная провидица села перед ней, затем взяла ее за руки.

— Дыши глубоко, — велела она, закрывая глаза. — Сосредоточься на видении.

— Как ты заманил сюда безумную провидицу? — прошептал Раес, встав рядом с Бастом, чтобы Мера могла услышать. — Если бы не она, я бы уже посадил тебя в темницу.

— Я знал, что вы ее выслушаете, — возразил Баст, хотя это был не ответ на вопрос. — Она довольно известна в нашем мире.

Наш мир? Мера думала, что Баст покинул мир ночных фейри давным-давно.

Мадам Зукова и Картана долгое время сидели неподвижно и молчали. Потом провидица повернулась к Мере, не открывая глаз.

— Эта фейри испытывает сильные чувства к твоему напарнику, да?

В этом не было ничего удивительного.

Картана резко вдохнула и попыталась убрать руки, но безумная провидица крепко их держала.

— Не сейчас, дитя.

Баст уставился на дочь Раеса.

— Это правда, Корти?

У Меры зашумело в ушах, когда расплавленный огонь взметнулся вверх из сердца.

— Баст… — губы Картаны задрожали. — Все не так просто.

— Никогда не бывает просто, — прохрипел он.

Холодная, безжалостная пустота поглотила Меру изнутри. Баст все еще испытывал чувства к Картане?

Любил ли он ее?

— Есть еще один мужчина. — Мадам Зукова потерла ладони Картаны большими пальцами. — В тебе конфликт, и это мешает мне взглянуть на видение. Выбери ответ, который ты уже знаешь. Я должна заглянуть за пределы твоих страхов и забот.

Картана свирепо посмотрела на провидицу, но даже в гневе она казалась слишком спокойной. Слишком мягкой. Как принцесса из сказки.

В конце концов, она кивнула и закрыла глаза.

Мера пыталась уговорить себя дышать глубоко и спокойно.

У нее не было прав на сердце Баста. Конечно, они целовались раньше, и от одного воспоминания об этом у нее подкашивались колени. Им также приснился общий сон, в котором у них случился умопомрачительный секс, но Баст был ее напарником, и большим он никогда не станет. Он мог встречаться, с кем хотел, и Мера должна смириться с этим. Если его выбор оставлял горький привкус у нее на языке, так тому и быть.

Раес наблюдал за ней с легким беспокойством или, может, любопытством. Кашлянув, Мера глубоко вдохнула, огонь в ней утих, но не до конца.

Коротко кивнув, бывший наставник Баста снова посмотрел на дочь и безумную провидицу.

Последовала минута молчания, пока мадам Зукова не подняла голову.

— Видение было подделано, — заявила она.

Раес уронил кинжал на пол и обнял Баста, радостно похлопывая его по спине.

— Я так и знал, юнец!

— Да, вы это знали. — Баст стиснул наставника в объятиях. — Иначе я был бы мертв.

— Я вижу фейри, который послал видение, — добавила мадам Зукова, не открывая глаз. — Я могу связаться с ним, если хотите.

Баст отпустил Раеса и шагнул вперед, скрипя зубами.

— Конечно.

В его тоне звучала неистовая кровожадность, и Мера испугалась за того, на кого обрушится его гнев.

Безумная провидица нахмурилась и начала напевать какую-то мелодию. Медленно в центре комнаты образовалось облако тумана. Сначала в нем были видны размытые очертания на более светлом фоне.

— О, джаллс, — проворчала фигура из облака приглушенным голосом.

Туман закружился и быстро рассеялся, открыв не кого иного, как Бенедикта Дэя.

Посейдон в канаве, Баст был так прав насчет мудака. Любая жалость, которую Мера испытывала к нему, мгновенно испарилась.

— Рэ-хенай! — выругался Баст, собираясь напасть, но это бесполезно, поскольку его брата на самом деле здесь не было. Он оказался всего лишь проекцией.

— Я могу все объяснить! — взвизгнул Бенедикт.

— Не думаю, что в этом есть необходимость. — Раес скрестил руки на груди. — Мы скоро придем за тобой.