Шрифт:
И как я могла оттолкнуть его?
Но ведь и Эмбер тоже поступала так ради меня.
Я закрыла глаза и сосредоточилась на дыхании. Вдох. Выдох. Чтобы не наделать глупостей, вроде того, как расплакаться.
— Мне тебя не хватает, — едва слышно прошептал Рив.
Я покачала головой.
— Не говори так.
— Я скучаю по твоему телу.
Я открыла глаза и увидела первобытную страсть на его лице. Голод.
— Ты скучаешь по тому, что я могу позволить тебе делать с ним.
— Да, — не стал спорить Рив. — Но мне также не хватает и тебя.
Его слова пронзили меня насквозь, разбили на осколки ту личность, которой я когда-то была. Которая знала, кому она принадлежит и кого любит.
Нужно было напомнить себе, кто я есть. Поэтому я повернулась к Эмбер. И вновь к нему.
— Ты не можешь заполучить нас обеих. — И, если верить Виланакису, Саллис не мог спасти обеих.
— Мне и не нужны вы обе.
Нет. Я не хотела это слышать. Не могла.
— Получить ты можешь лишь ее.
Рив продержался пять секунд. А затем вскочил со своего кресла и оперся ладонями на подлокотники моего.
— Это не тебе решать, Эмили. — Его грудь тяжело вздымалась и опадала. — Между нами работает все совсем не так.
Мгновение он постоял вот так — тело напряжено, желваки ходят ходуном. А потом оттолкнулся от кресла и исчез в спальне в хвосте самолета.
Я свернулась калачиком на сиденье и притворилась, что не скучаю по нему.
Глава 18
Несмотря на то, что мы останавливались в Лос-Анджелесе для дозаправки, из-за пятичасовой разницы во времени у нас в запасе был почти целый день, когда мы прибыли на остров. Я придвинулась к иллюминатору и наблюдала за посадкой самолета. Мы приближались к земле, и остров становился все больше и больше, но все равно оставался достаточно маленьким, чтобы почти перед самым приземлением был виден противоположный берег.
Аэропорт представлял собой взлетную полосу и ангар с туалетами и торговым автоматом. К самолету подъехали две машины, когда мы приземлились, и водитель одной из них вышел, чтобы встретить нас у подножия трапа.
— Филипп! — воскликнула я, когда узнала в нем водителя Рива из Лос-Анджелеса.
Он искренне улыбнулся мне и помог спуститься.
— Добро пожаловать на остров Аинопа. — Его средиземноморский акцент странным образом казался уместным и для тихоокеанского края. — Мы с Алексом заберем ваши чемоданы. Пожалуйста, садитесь в машину.
Пока самолет разгружали, мы с Эмбер забрались на заднее сиденье. Через несколько минут один из охранников сел на переднее сиденье рядом с Филиппом. Рив присоединился к нам сзади. Теперь я оказалась посередине. И хотя старалась сжаться, насколько это вообще было возможно, все равно на протяжении всего пути нога Рива касалась моего бедра, посылая по коже электрические разряды.
Чтобы отвлечься от его близости, я не отрывала взгляда от лобового стекла перед собой и расспрашивала об острове.
— А что значит Аинопа?
— Винноцветный. — Клянусь, Рив еще плотнее прижался ко мне. — Так Гомер описал океан в «Одиссее». Мой отец посчитал, что это будет хороший маркетинговый ход для брошюр: «Окунитесь в мир Одиссеи на острове Аинопа», — произнес он на манер телеведущего. — Правда эффект совсем не тот, когда я произношу эту фразу.
Эмбер рассмеялась, и по ее смеху я тут же поняла, что она флиртует.
— А мне показалось это сексуальным.
— Неа. В озвучке у нас мастер Эмили. — Судя по блеску в его глазах, ему также хотелось добавить что-то и про сексуальность.
Я поджала губы, молясь, чтобы Рив прочитал мои мысли и оставил свои комментарии при себе.
Он понял намек, и, кроме тихого вздоха, не выказал никаких других признаков разочарования. Остаток получасовой поездки Саллис рассказывал нам об Аинопе. Показал курорт, когда проезжали мимо, в частности, где находились спа и торговый центр. Объяснил, куда ведет каждая из боковых дорог, ответвляющихся от главной.
— Эта дорога ведет к холму, — сказал Рив. — До его вершины можно прогуляться и из дома. С него открывается потрясающий вид. В ясный день можно увидеть противоположный берег острова.
Не думаю, что он случайно задел мою грудь рукой, когда наклонился, чтобы указать на этот холм. Я задержала дыхание, злясь на то, как сильно меня это возбудило, и на то, что Рив об этом наверняка знал, ведь мои соски затвердели, будто стремились дотянуться до его руки. И если раньше я еще сомневалась, то сейчас была абсолютно уверена в том, что мы, может, и попали в рай, но быть здесь вместе с Саллисом, чьи прикосновения так мучительно воспламеняли мое тело, — это может стать для меня настоящим адом.