Шрифт:
— Манюня, давай по хорошему, пожалуйста, — протянул кошмар угрожающе. — Я очень не хочу применять силу, но другого выхода нет. Я тут всё осмотрел с утра. Пещера большая, но замкнутая, понимаешь?
Я понимала. Честно. И всё же ужас перед пропастью был сильнее доводов разума. В итоге, получив хорошего пинка от этого самого ужаса, и я с визгом ломанулась во тьму.
Цокот копыт эхом разносился под сводами и превращался в грохот, но мое собственное сердце, казалось, его заглушало.
Алехандро не соврал: буквально через несколько минут беспорядочных метаний, я оказалась в тупике. Сзади стена, впереди вонючка. К страху нынешнему примешался уже пережитый ужас того момента, когда гниющий зомби с вот этой же верёвкой поймал и…
Вжимаясь в стену всё сильнее, я уже стояла на одних только задних копытах, передними словно впихивая себя в холодный бездушный камень… Ма-а-ам… Ох!
— Манюня, нет!
Испуганный вскрик Алехандро перекрыл внезапно раздавшийся треск. Я упала, задыхаясь от пыли и града болезненных ударов. Стенка треснула, как яичная скорлупа, осыпав осколками. Когда, чихая и постанывая, я поднялась, на пол со шкуры посыпался щебень и грязь.
Как меня только не зашибло! Нет, некоторые удары были болезненными, но вокруг валялись такие глыбы, что способность удивляться и испытывать боль — уже круто. По всему, я должна бы уже лежать бездыханной тушкой.
— Ты жива? — подлетел ко мне зомбик.
Не уверена. По логике — сдохла, а по факту… Ой, чего это горбун меня ощупывает?! Бррр… Мотнув головой, я отпрянула от воплощения антисанитарии и зарычала. Рык не получился, поскольку почти сразу же закашлялась, проклиная пыль, но зомбик меня понял. Опустив руки он, стиснул зубы и процедил:
— Жива.
И, обойдя меня по дуге, заглянул в образовавшуюся дыру. Я с любопытством посмотрела туда же, не сдвигаясь с места, впрочем. Мало ли, вдруг вонючка опять лапать надумает?
— Жди здесь, — хмуро бросил Алехандро и оставил меня в растерянности и грязи.
Нормально? Чего он там увидел, в темнотище-то? Мне, по крайней мере, ничего не видно. Темень и темень. Хоть глаз коли.
Вернулся зомбик с горящей лучинкой и поднёс ей к пролому. Что любопытно, смотрел он исключительно на дрожащий огонёк, заметно отклоняющийся в сторону глубокого мрака.
— Нам понадобятся факелы, — спустя несколько секунд выдал уродец. — Я спущусь вниз, а ты останешься здесь. Если повезёт, хотя, думается, тут не в везении дело, — горбун покосился на меня, — сможем выбраться отсюда по этому пути.
С заготовкой древесины мы возились довольно долго. Когда горбун спускался со скалы, я даже рискнула глянуть вниз. Смотреть было страшно не из-за высоты. Просто всё чудилось: стоит приблизиться к краю карниза, из-за него появится бирюзовая ладонь и скинет меня на камни. Пусть этот страх не имел разумных объяснений, потряхивало основательно.
Откровенно говоря, и зрелище до удивления шустро и ловко спускающегося по тонкой верёвке уродца не успокоило. Скорее уж добавило сил чувству собственной неполноценности. Я и в лучшие дни на подобное точно не сподобилась бы, а этот. калека, аки муха по потолку, ползает!
Впрочем, когда Алехандро набрал-таки основательную охапку хвороста и привязал её концом верёвки, настала моя очередь улыбаться. Зомбик собрался лезть вверх, что б уже отсюда поднять всю груду деревяшек самостоятельно, но тут проснулась моя совесть: торопливо ухватив шнур, я попятилась вглубь пещеры, втаскивая материал для факелов. Торопливо, но заметить ошарашенный взгляд даже с такого расстояния смогла!
На то, чтобы завершить начатое, ушло с полчаса. Сначала вташить, периодически придавливая копытами тонкую верёвку, так и норовящую выскользнуть под немалым весом груза, а потом ещё узлы развязать. Вряд ли кошмарика порадовало бы, скинь я ему вязанку обратно на башку!
Стараясь не думать, что тяну зубами за то, чего ещё совсем недавно касался любитель насекомых и рванья, справилась-таки, хоть и оплевалась вся. Противно же…
А вот когда скинула освободившийся конец и глянула вниз, обнаружила своего хомби, преодолевшего уже четверть скалы. Дурак что ли? Подождать не судьба?! Обязательно своей корявой шкуркой рисковать?!
Правда, едва заметил верёвку, моментально перестроился и пополз по косой. В смысле не прямо вверх, а под углом, так, чтоб поближе к шнурочку оказаться. Когда из под ноги горбуна сорвался третий камушек и полетел, грохоча и подскакивая на выступах скалы, я отмерла.
Сначала-то от возмущения проявлением такого недоверия остолбенела и возжелала настучать по всклокоченной башке чем-нибудь тяжёлым. Скалкой там, сковородкой или, на худой конец, вантузом.
Подцепив верёвку, перетащила её так, чтобы та оказалась около кошмарика. Пришлось правда прижать её сразу обеими передними ногами, поскольку Алехандро лез карабкался значительно левее того места, где закрепил шнур. Горбун недоверчиво воззрился на подмогу, пару раз дёрнул за хвост верёвочного удава и, наконец, доверился.