— Отлично. Просто замечательно.

Я, не обращая внимания на растерявшегося Скарсгарда, решительно отодрала «жучок» от стола и без сожаления размяла рукоятью кинжала, превращая в пластиковую крошку.

— Это не я… — на всякий случай уточнил Эрик, но я и так знала, что это была работа кое-кого другого, кто совсем страх потерял. — Откуда он тут?

— Я знаю, что это не ты пакостишь. Есть у меня пара-тройка знакомых, которые помешаны на контроле. Скорее всего, их проделки. Ну, я им устрою игру в шпионов! Сволочи! Никакого доверия к доброму, милому охотнику…

Я продолжила бубнить ругательства себе под нос, решив не травмировать психику Эрика и не портить впечатление о моей воспитанности. В отношении монстров она почему-то постоянно исчезала, превращая меня в женскую версию портового грузчика.

— Вампиры?

— Они самые, чтоб им пусто было. И ты говоришь, что я должна их убить? Да эти мелкие паразиты не дают мне ни шагу ступить без присмотра. Ради моей безопасности, ага, как же. Сами боятся и не хотят от меня неожиданностей. Чёртовы трусы. Изверги…

Я снова пустилась в долгие и запутанные перечисления достоинств и недостатков семейства Кроссманов, поэтому Эрику пришлось не один раз окликнуть меня, прежде чем я обратила на него внимание и перестала ворчать.

— Теперь они дали тебе повод приехать к ним и поговорить начистоту.

— Уж я-то с ними поговорю! Вот когда вернутся, тогда и поговорю. Так, что они надолго запомнят, как злить охотника и тыкать ему «жучки» в гостиной… Хм… Но сейчас мне некогда заниматься фанатиками. И ты, между прочим, относишься к их числу!

— А я-то почему?

Эрик явно не успел за ходом моей мысли и теперь сидел, нахмурившись.

— А какого чёрта ты завёл разговор о моих целях и убийстве монстров?

Я смела остатки следящего устройства в ладонь и пересыпала их на полку, пока Эрик ставил на место столик и буравил мою спину сердитым взглядом.

— Я не заводил. Я просто задал вопрос, а там ты сама чего-то себе придумала и раздула из мухи слона. Но я правда не понимаю, почему ты тянешь с выполнением задания. Убила бы всех и не мучилась. Да и я был бы в безопасности, чего уж тут говорить.

Я понимала настрой Эрика и понимала, что он был не виноват в моей досаде и злости на него, особенно на его вопросы.

В первые полтора года, проведённые за обучением в Гильдии, я стремилась взяться за дело, убить как можно больше монстров, заслужить славу и уважение у старожил нашего ремесла, но потом… Это прошло само по себе. Возможно, всему виной был юношеский максимализм или влияние мужского окружения, однако по моей вине погиб человек. Тогда ещё первый человек.

Это случилось на моей первой в жизни серьёзной охоте. Я отвлеклась на сообщение от подруги и не заметила, как ликан подобрался слишком близко к детской площадке. Когда меня окликнули, ребёнок, пятилетняя малышка, уже была растерзана волком на моих глазах. С тех пор я переборола в себе жажду приключений, словно повзрослев лет на 10. А теперь Эрик проходил эту стадию «Всемогущества», когда большинство молодых охотников погибали из-за синдрома ЧСВ*. И точно так же каких-то пару недель назад поступал Рой, но ему повезло, что его вовремя спасли и вытащили из воронки под названием «азарт». А я не могла позволить Скарсгарду стать таким же дураком, считающим охотников и Гильдию бессмертными солдатами, которые могли убивать монстров пачками.

— Ты любишь свою работу? — неожиданно спросил Эрик, ставя меня в тупик.

Я и сама точно не знала, что чувствовала по отношению к своему занятию. Да, меня привлекали оружие, путешествия по стране, новые знакомства и бурлившее в крови ощущение опасности на каждой охоте. Но, с другой стороны, отнимать жизни по чужому велению, видеть, как в глазах приятелей по службе гаснет свет… Это вызывало тоску и отвращение к самой себе. К тому же постоянные травмы… Я устала считать шрамы, полученные в тех местах, где простые люди предпочитали не появляться. Но кому-то же нужно было чистить этот грязный мир от монстров? Такова была философия всех охотников — если не мы, то кто?

— И да, и нет. Скорее всего, да.

— А как ты относишься к вампирам? Восхищаешься ими или ненавидишь?

— А как ты сам думаешь? И вообще, не лезь не в своё дело! — огрызнулась я, не совсем понимая, что именно в словах Скарсгарда вывело меня из себя. Тон? Смысл? Желание подколоть меня? Уличить в дружелюбии к монстрам? Один чёрт, мне захотелось на секунду потерять память, моргнуть и стать другим человеком.

Чтобы не видеть глаза Эрика, мне пришлось переместиться к окну и посмотреть на улицу, вспомнив о приготовленном на кухне ужине. Вот только после подобных разговоров аппетит куда-то пропал.

— Да я понимаю, что ты их не любишь. Мне любопытно, почему? У всего должна быть причина, — чересчур мудро для девятнадцатилетнего парня сказал Скарсгард и опять сел на диван. — Я так понимаю, ты прошла через многое. Жаклин упоминала, что ты на полгода исчезала из жизни Гильдии и вернулась совсем другой. С тех пор ты никогда не берёшь задания, где тебе нужно работать с кем-то в команде. Ты психологически закрылась, никому ничего не рассказываешь и согласилась быть наставницей новенького, хотя на тебя никто не рассчитывал. Мне кажется, сейчас ты видишь мир чёрно-белым и держишься чёрной стороны, потому что за что-то себя наказываешь. Я прав?