– Это только начало, Джакоб, – прошипел он, глядя в перекошенное от боли лицо бывшего Альфы, который дергался в предсмертной агонии. – Жаль, что ты не увидишь этих перемен.

– Главный офис в курсе произошедшего? – Говард нервными шагами мерил кабинет, беспрестанно покусывая губу.

За окнами всё ещё завывала сирена, перекрывая крики командующих, которые собирали свои группы для построения.

– Разумеется, – сквозь зубы процедил Маркус, покручивая в пальцах треснутую ручку. – Требуют решить проблему быстро и тихо. Не хотят паники среди мирного населения.

– Не думаю, что это возможно, – подполковник Локей остановился. – Сколько ликантов по последним данным живёт за стеной?

– Если нам предоставляют верную информацию, то более восьмисот. Включая женщин и детей, конечно.

– Значит, способных вести бой остаётся примерно половина. Мы в численном превосходстве, Джефферсон.

– Ты действительно собрался участвовать в этой войне?

– Если ты не заметил, она уже началась. С твоей, кстати, подачи.

– Мои люди не будут гибнуть из-за самодовольного волка, возомнившего себя главным на нашей территории, – уверенно произнёс Маркус, подошёл к шкафу и вытянул оттуда папку с опечатанными краями.

– Мы можем просто сдать любого охотника, Джакоб всё равно не сможет проверить. Позови кого-нибудь, самого никчемного из своего отряда.

– Ты сейчас серьёзно? – Майору очень хотелось верить, что это была шутка, но по решительному лицу Говарда было понятно: он точно думает о том, как бы пустить в расход невиновного.

– Более чем. Пойми, одна жизнь взамен сотни других – самое рациональное решение в данной ситуации.

– Я ни за что не поддержу тебя в этом. Иногда мне кажется, что ты полностью выжил из ума, Локей. Мы знакомы с тобой почти тридцать лет, но после смерти Карен я едва ли могу узнать в тебе прежнего Говарда. Твоя злоба и жестокость не знает границ. Посмотри, что ты сделал с собственным ребёнком. Он ненавидит тебя!

– Найди парня, Маркус, – глухо сказал Говард, поворачиваясь спиной. – Это приказ.

– У меня есть другое предложение. – Подполковник не обернулся на слова Маркуса, всё так же прожигая взглядом дверь, но явно внимательно слушал. – Мы можем избежать любых жертв. Задавить этот конфликт в зародыше. Джакоб – алчный гордец, и точно не устоит от соглашения, которое так долго хотел от нас получить, даже если ценой будет неотмщённый сын.

– Ты о праве волков на независимость? – удивлённо кинул подполковник Локей через плечо. – Сбрендил? Мы развяжем им лапы, они получат в своё пользование всю территорию за стеной, начнут снова плодиться как кролики, захотят получать больше провизии! Это исключено!

– Говард, – выразительно посмотрел на него Маркус, – это единственный вариант. Он не остановится, получив подставного убийцу. Это был только предлог для бойни, которая так долго назревала между нами.

– Я должен согласовать это с центральными, – после продолжительного молчания пробормотал подполковник. – Готовьтесь выдвигаться через пару часов. Мы не должны подпускать их близко к городу.

С этими словами он покинул кабинет Джефферсона, направляясь на улицу, где подготовка к войне шла полным ходом.

Оливия выскочила из оружейной с винтовкой наперевес, на ходу расталкивая локтями зазевавшихся товарищей. Не хватало ещё, чтобы её затоптали до начала боевых действий. Суматоха на базе действовала на нервы, мешая хладнокровно оценивать обстановку, и Оливия растерянно замерла, глядя на то, как некоторые охотники собираются в группы вокруг командиров, слушая распоряжения, а другие уже грузятся в бронетранспортёры. Заметив вдалеке Анну, она метнулась было в ту сторону, но кто-то вдруг удержал её за руку.

– Мне что, нужно было тебя привязать к кровати, Бейли? – недовольно процедил Рой, сильнее сжимая её запястье.

– Неужели ты думал, что я останусь в стороне, когда гильдия нуждается в защите?

– О, а ты, значит, наше стратегическое оружие, которое одним взглядом обратит волков в бегство? – иронично протянул парень, дёргая её на себя.

От вчерашнего трепета в его словах не осталось и следа, словно ей всё приснилось. Задохнувшись от обиды, Оливия хотела ответить поострее, чтобы поставить самодовольного засранца на место, но Джилрой сделал шаг, оказываясь слишком близко, и она прикусила язык.

– Ты истощена морально и физически, и на поле боя будешь бесполезна, лишь мешая другим и отвлекая меня от противника, – импульсивно зашептал он, то поглядывая на заканчивающих последние приготовления охотников, то возвращая взгляд к израненному лицу Оливии. – Так что не надейся, Бейли, ты останешься на базе и будешь с остальными держать оборону стены на случай… – Рой запнулся, подумав о том, что может произойти, но через секунду равнодушно махнул рукой. – До этого не дойдёт. Просто прошу, хоть раз воспользуйся инстинктом самосохранения и не лезь на рожон.