Но вот даже крошек уже не осталось, а его всё не было. Тогда-то парни и начали нервничать.

— Потом его просто введём в курс дела, — предложил Эрно, вглядываясь в невозмутимое лицо шефа.

Тот покосился на дверь, но всё же кивнул.

— У Мирославы есть план. Ей дадим слово первой, — спокойно сказал он, переводя взгляд на нее.

Остальные тоже выжидательно на неё уставились. В горле возник ком от вспыхнувшего волнения, но она сглотнула, подавила неуверенность и скрестила руки на груди, жалея, что у табуретак не было спинки, на которую можно было бы откинуться.

— Строго говоря, это только набросок плана, — ответила она Мстиславу, встречаясь с ним прямым взглядом впервые с того момента, как они покинули берег.

Тот тоже скрестил руки на груди.

— Мы всё равно слушаем.

Линнель, который ранее обратил внимание на странное молчание между ними, переводил заинтересованный взгляд с одного на другого.

— Мне удалось кое-что узнать от хозяйки озера, — заговорила Мирослава. — Это именно она подкидывала трупы хозяину лесу, а не её муж, хоть и действовала она по его приказу. Так вот, ей удалось кое-что заметить. Все же слышали о легенде, что вода — это мост между миром живых и мёртвых? — обвела она всех серьёзным взглядом, который должен был им показать, что её вопрос не шутки.

Она помнила, что в первый её день здесь говорил Мстислав, но решила убедиться. Вопреки её беспокойству, никто и не подумал смеяться.

— Конечно. Из-за этого в том числе запрещено совершать самоубийство в воде, — кивнул Линнель. — Считается, что так можно потревожить умерших, поэтому никто и не рискует — желающих навлечь недовольство мёртвых нет, да и мы слишком уважаем смерть. У нас об этом всем известно.

Мирослава закивала, подаваясь вперёд и чувствуя, как её захлёстывает азарт.

— Но при этом вы оставляете ленточки возле могил близких, чтобы не потерять с ними связь? Оставить их душам возможность возвратиться?

— Это всего лишь традиция.

— Спросила я это не просто так. Хозяйка озера рассказала, что колдун открывал врата между миром живых и мёртвых. Согласно прочитанным мною легендам, их соединяет тонкая светящаяся нить, которая на своём конце имеет вход в другой мир. По нему могут перемещаться только мёртвые. Хотя легенды гласят, что живые тоже попадали в мёртвый мир, но, может, с того момента охрана на том конце стала внимательнее? Или колдун со своим сообщником просто не стали рисковать и использовали души мёртвых с помощью этих ленточек? Я уверена, что убийце нужен кто-то на той стороне. У него нет мотива, какой бывает обычно у сумасшедших, убитые — не его жертвы, а инструмент на пути к истинной цели.

Мирослава замолчала, ожидая реакции. Все, кроме задумчивого Мстислава, согласно кивали и хмурились во время её речи.

— Мне кажется, что если он добьётся намеченного — сможет проникнуть и вытащить из другого мира чью-то душу, то мёртвые не обрадуются. Чтобы я ни читала, везде пишут одно — нельзя нарушать равновесие между мирами. Да и самим несложно догадаться о том, что мёртвых оживить нельзя, а вот натворить чёрной магией бед — запросто.

— Потому колдуном и назначают мудрого человека, — отозвался Ииро. — Ингрид — идеальная кандидатура, в отличие от того, кто всё это затеял непонятно зачем.

У Мирославы было предположение, потому что иных причин она не видела.

— Наверное, сообщник задурил ему мозги, и тот тоже возжелал достать из загробного мира чью-то душу, — вслух высказала она свою мысль с нескрываемым сожалением.

— У колдуна был сын, который не пережил оборота, — вдруг произнёс Эрно. — С тех пор он недолюбливал Мстислава. Обращение — процесс непростой и летальный исход до сих пор иногда происходит — особенно когда ребёнок, не слушая предостережений, сам пытается обращаться.

Мирослава почувствовала, как сердце болезненно ёкнуло. До такого пути колдуна довела самая настоящая трагедия, способная и сильнейшего человека сломить.

— Мирослава, как так вышло, что хозяйка озера охотно поделилась с тобой этой информацией?

Вопрос Вяземского немного её взволновал, но вопреки здравому смыслу и правде, которой она всё равно собиралась с ними поделиться, ответом её было гордое:

— Потому что, будучи женщиной, тоже возможно получить информацию. — Вскинула она подбородок.

— С недавних пор я и так в этом не сомневался, но спасибо, что вновь убедила меня в этом, — с непробиваемым спокойствием кивнул он.

Мирослава сделала паузу, ожидая, что он что-нибудь добавит, но вместо нужного, он произнёс:

— Продолжай.

Она внезапно почувствовала себя неловко из-за этой ребяческой попытки что-то доказать.

— Благодаря тому, что удалось выяснить к сегодняшнему дню, я могу сделать вывод, что убийца маниакально стремится достичь желаемого. В доме у колдуна он мог забрать необходимые для одурманивания травы, ленты, но туристы уже покинули село, значит, его жертвой будет кто-то из местных, а это очень плохо — мы не можем точно знать, кого он выберет, — мрачно резюмировала Мирослава, сплетая и расплетая пальцы рук на коленях под столом.