Елена кивнула и поспешила в указанном направлении. Её новое зрение сразу выхватило сгустки скверны, клубящиеся в воздухе вокруг палаты. Внутри молодой ученик метался по комнате, его движения были резкими, неестественными.

– Огонь!
– кричал он.
– Я должен стать сильнее! Внутренний огонь очистит!

Елена осторожно приблизилась. Теперь она видела, что узор скверны в его теле почти идентичен тому, что она наблюдала у упавшего ночью ученика, - тёмный клубок у основания черепа, влияющий на разум. Но здесь процесс зашёл гораздо дальше.

Это был шанс проверить свои новые способности в более сложной ситуации, но действовать нужно было осторожно, любая ошибка могла не только навредить пациенту, но и выдать её связь со школой Теневого Шёпота.

Елена начала с традиционных целительских техник, делая вид, что это обычный случай лихорадки. Она уложила сопротивляющегося пациента на кровать, попросила помощниц принести успокаивающие травы и прохладные компрессы.

– Сейчас я помогу тебе, - мягко произнесла она, положив руки на его виски.

Со стороны это выглядело как обычное целительское прикосновение, но на самом деле она активировала печать, позволяя своему восприятию проникнуть глубже. Картина была хуже, чем у Лина. Скверна уже изменила большую часть энергетических каналов, превратив их в проводники тёмной силы, но главная проблема была в том узле у основания черепа, он пульсировал как еще одно сердце, посылая волны искажённой энергии по всему телу.

– Подержите его, - скомандовала она помощницам, когда юноша снова начал метаться.
– И принесите отвар белого лотоса с кристаллами горного льда.

Пока готовили лекарство, Елена осторожно прощупывала структуру скверны. Она не могла действовать так же прямо, как с Лином, слишком много свидетелей. Вместо этого она начала медленно перенаправлять потоки целительской энергии, создавая невидимую сеть вокруг тёмного узла.

Печать в груди пульсировала в такт её действиям, помогая находить слабые места в защите скверны. Каждое прикосновение к тёмным нитям отзывалось болью, словно прикасаешься к раскалённому металлу голыми руками, но Елена не позволяла этому отвлечь себя. Она медленно, шаг за шагом, выстраивала барьер, который должен был если не остановить, то хотя бы замедлить развитие болезни.

Елена почти закончила формировать барьер, когда почувствовала, что скверна не просто сопротивлялась, она словно училась на её действиях, адаптировалась, находя способы обойти выстроенные преграды. Это напоминало ей устойчивые инфекции и бактерии, выработавшие резистентность к антибиотикам.

– Нет… - прошептала она, чувствуя, как тёмные нити прорываются сквозь её защиту с новой силой.

Узел у основания черепа пульсировал всё быстрее, распространяя волны искажённой энергии. На глазах ужаснувшихся помощниц тело юноши начало меняться. Его кожа приобрела сероватый оттенок, а пальцы удлинились, суставы захрустели, принимая неестественное положение. В глазах, расширенных от боли, проступала чернота, расползаясь от зрачков к белкам.

– Держите его!
– крикнула Елена, но было поздно.

Юноша оттолкнул помощниц с нечеловеческой силой, его тело выгнулось дугой. Она видела, как нити жизни в его теле рвутся одна за другой, заменяясь чёрными прожилками скверны. Ещё минута, и он полностью превратится в существо, подобное тому, что напало на храм ранее.

В горле застыл ком, не только от страха, но и от внезапного осознания того, что должно произойти дальше. Елена словно раздвоилась: одна часть - врач, давший клятву не навредить, отчаянно искала способ спасти юношу; другая - чемпион богини Смерти, хладнокровно анализировала ситуацию и видела только один выход.

Свидетели, мелькнула отстранённая мысль, в этот раз здесь достаточно свидетелей.

Время для двойственности закончилось. Елена взглянула на трансформирующееся существо и приняла решение. С величайшим сомнением она активировала печать, позволяя силе смерти течь через свои руки. В этот раз она не скрывала своих действий, пусть все видят, как целитель останавливает превращение единственным возможным способом.

– Прости, - прошептала она, и её голос дрогнул.

Поток тёмной энергии направился в существо, которое ещё минуту назад было юношей. Для младших целительниц это выглядело как тёмное свечение вокруг её рук, но Елена видела, как её сила находит последние нити жизни и обрывает их одним решительным движением.

Она почувствовала одновременно всепоглощающую горечь и странное облегчение. В прошлой жизни она много раз стояла у постели умирающих, беспомощно наблюдая, как уходит жизнь. Сейчас же она активно забирала эту жизнь, но парадоксальным образом это ощущалось как высшая форма милосердия - быстрая смерть вместо мучительной трансформации в нечто чужеродное.

Тело юноши начало рассыпаться чёрным пеплом, но процесс выглядел почти… мирным. Последним исчез узел скверны у основания черепа, растаяв как клочок тумана на солнце.