— Это Багряный Корпус, — пояснил Мариус, когда мы вошли в одно из зданий. — Здесь живут адепты Боевой Магии. Правила простые. В комнатах по двое. Отбой с десятым колоколом. Подъем с шестым. За драки вне тренировочных залов — неделя в карцере на воде и хлебе. За неуспеваемость — отчисление. Здесь нет места слабакам.

Он провел меня по длинному коридору на третий этаж и остановился у двери с номером «237». — Это твоя комната.

Он открыл дверь, и мы вошли. Комната была на удивление просторной и светлой. Два окна выходили во внутренний двор. Две кровати, два письменных стола, два шкафа. Просто, функционально, без излишеств.

Моя половина была пустой. Голый матрас, пустой стол. Другая же была обжитой. На кровати лежала аккуратно сложенная форма с красной отделкой. На столе стопкой были уложены книги, причем я заметил, что среди учебников были и томики стихов. У стены стояла лютня в потертом кожаном чехле. Все говорило о том, что мой будущий сосед — человек аккуратный, разносторонний и, возможно, не такой простой, как большинство адептов-воинов, которых я видел. Это было интересно.

Мариус положил мою стопку книг на пустой стол и вручил мне сверток с одеждой. — Это твоя форма. Переоденься. Ознакомься с книгами. Твой сосед появится вечером. Его зовут Лиам. Постарайтесь не поубивать друг друга в первую же ночь. Завтра, в семь утра, я жду тебя в Зале Пепла. Не опаздывай.

С этими словами он развернулся и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Я остался один.

Я медленно опустил книги на стол. Провел рукой по шершавой поверхности дерева. Подошел к окну и посмотрел во двор. Я был здесь. В самом сердце силы и знаний королевства Арнор.

Первым делом я развернул форму. Грубая, но прочная серая ткань робы, отделанная по воротнику и рукавам полосой ярко-красного шелка — цвет нашего факультета. Я переоделся. Одежда была чуть велика, но удобна.

Затем я сел за стол и открыл первую книгу: «Основы теории маны». Первая же страница была откровением.

«Мана, или "дух", как ее называют воины, есть разлитая в мире энергия жизни. Она присутствует во всем, но лишь немногие рождаются со способностью "видеть" и "собирать" ее в собственном теле, превращая свою душу в подобие резервуара...»

Я читал, и мой мозг жадно поглощал информацию, систематизируя то, что я раньше постигал лишь интуитивно. Мое «озерцо» — это был резервуар. Моя магия — способность придавать собранной в нем энергии форму.

Я сидел на своей новой кровати в своей новой комнате. Это не был дом. Мой дом сгорел. Это была база. Лаборатория. Арсенал. Я посмотрел на вещи своего соседа. Лютня. Стихи. «Интересная переменная, — подумал я. — Либо он аристократ, которому нечем заняться, либо он умнее, чем хочет казаться».

Солнце садилось, заливая комнату теплым светом. Камень горя, лежавший в моей груди, никуда не делся. Он был там, холодный и тяжелый. Но теперь, впервые за много дней, рядом с ним зажглась крошечная искорка. Не огненная. Другая. Хищная, голодная и полная предвкушения. Искра игрока, которого только что привели в сокровищницу, полную ресурсов, знаний и потенциальных противников.

Игра перешла на новый уровень. И я был готов делать свои ходы.

Инструктор Мариус ушел, оставив за собой гулкую тишину. Я стоял посреди своей новой комнаты — своей новой кельи, своей новой казармы. Свет заходящего солнца падал через окно, рисуя на каменном полу длинные тени. Это был первый раз за много дней, что я остался по-настояшему один. Один на один со своими мыслями, планами и призраками прошлого.

Я сел на жесткую кровать и закрыл глаза, погружаясь в чертоги своего разума. Я вновь и вновь прокручивал все, что узнал за этот день. Два Пути. Сталь и Разум. Архимагистр Ворн сказал, что попытка овладеть обоими — путь для титанов или безумцев. Большинство, пытаясь, становятся никем.

«Но они — не я, — пронеслась в голове холодная мысль. — У них нет Системы».

Система — вот мое главное, абсолютное преимущество. Она не дает мне забыть боль, она превращает ее в опыт. Она не дает мне расслабиться, она показывает мне мой прогресс в четких, безжалостных цифрах. Обычный человек, идя по двум путям, рискует распылить свои силы. Я же могу отслеживать каждую единицу опыта, каждый процент эффективности.

Мой магический дар, судя по реакции Ворна, огромен. Это мой главный козырь. Именно на него я должен делать ставку. Официально. Для всех в этой Академии я должен стать Кайлом — гениальным, но диким самородком, адептом факультета Боевой Магии. Мальчиком, который способен лишь на разрушение.

Но у меня есть и другое наследие. Наследие Каэлана. Три года боли, пота и дисциплины, которые заложили в мое тело базу Пути Стали. Выбросить это? Забыть? Никогда. Это было бы предательством его памяти. И стратегической глупостью.

«Боевой маг, который сражается и в ближнем бою... — анализировал я. — Воин, который ждет, что я буду швыряться огненными шарами с расстояния, вдруг увидит, как я парирую его удар мечом, влив в свое тело капли "Усиления". Элемент неожиданности. Решающее преимущество. Туз, который должен оставаться в рукаве до самой последней, самой важной игры».