Шрифт:
– Присаживайтесь, – Бурлакова показала рукой на огромный кожаный диван коричневого цвета, а сама опустилась на краешек стула, который выдвинула из-за большого стола.
– Вы не вернете мне лицензию? – напомнил ей Китаец, устраиваясь на диване.
– Да-да, конечно, – всплеснула руками Бурлакова, протягивая ему заламинированный прямоугольничек.
Несмотря на то, что было ей почти сорок, Бурлакова выглядела довольно молодо и подтянуто. У нее было правильное овальное лицо, с круглыми, немного испуганными глазами, чуть вздернутый, остренький носик, полуоткрытый рот и забранные в длинный хвост волосы цвета спелой ржи. «Вполне возможно, что Коля Гудков подбивал под нее клинья», – подумал Китаец.
– Вы расследуете убийство нашего племянника? – полюбопытствовала Екатерина Игоревна, отчего глаза ее еще больше округлились.
– Можно сказать и так.
– Сеня ничего не говорил о том, что нанял частного детектива, – Бурлакова вперила в Танина пронзительный взгляд.
– Не беспокойтесь, ваш муж не нанимал меня. У меня другой клиент, но так получилось, что смерть Николая Гудкова странным образом связана со смертью другого человека.
– Чем же я могу вам помочь? – растерянно спросила Бурлакова.
– Мне нужно кое-что выяснить, – доверительным тоном произнес Китаец. – Буду вам очень благодарен, если вы ответите на мои вопросы.
– Пожалуйста, – кивнула Екатерина Игоревна.
– У вас есть фотография Николая?
– Фотография? – переспросила она. – Кажется, где-то была.
Она встала, кинув на свое отражение в зеркале быстрый взгляд, подошла к шкафу, откуда достала толстенный альбом с фотографиями. Положив его на стол, начала переворачивать толстые картонные страницы.
– Вот, – она показала Китайцу небольшое черно-белое фото, – это Коля в армии.
На фотографии был изображен парень в берете с автоматом наперевес. Усы отсутствовали, но, несомненно, это был тот же самый человек, чей труп Танин видел в доме, в который вчера заезжал Семен Семенович.
– Не могли бы вы на время дать мне ее? – Китаец поднял на Екатерину Игоревну вопросительный взгляд.
– Возьмите, – как-то нерешительно произнесла она, пожимая плечами.
– Какие отношения были у вас с Николаем? – Танин убрал фото в карман пиджака и, достав пачку сигарет, вопросительно посмотрел на Бурлакову.
– Курите, пожалуйста. – Она взяла со стола и подала Танину ярко-красную пепельницу из специального пластика. – Вы говорите, какие отношения? – повторила она. – Понимаете, Коля, конечно, мой родственник со стороны мужа… Но мы с ним как-то не сблизились, даже после того, как умерла его мать – сестра Сени. Он иногда заходил, чтобы занять денег, почти никогда не отдавал, но муж все равно давал ему. Немного, правда, но давал…
– Как часто это было?
– Ну, я не помню, – Бурлакова замялась, теребя поясок, которым был подвязан халат. – Примерно раз в месяц, иногда чаще.
– Гудков приходил к вам, когда вы были дома одна?
– А зачем? – Она пожала плечами и немного наклонила голову к плечу. – Я же говорила, отношения у нас были далекими от идеальных.
– Значит, не приходил, – уточнил Танин, закуривая.
– Нет, – Бурлакова отрицательно покачала головой.
– Он где-то работал?
– Так, перебивался случайными заработками.
– Он был не женат?
– Нет, – грустно улыбнулась Екатерина Игоревна, – что-то у него не заладилось с женским полом. Мне кажется, что он вообще был импотентом, извините.
– Не за что, – кивнул Китаец. – А почему вы так решили?
– Боюсь, что не смогу вам этого объяснить. Просто интуиция. Обычно женщины замечают это. В нем не было какого-то огонька, что ли. Какой-то он был весь зажатый.
– Вы никогда не обсуждали эту тему с мужем?
– Специально – нет. Я однажды сказала Сене, что же, мол, Коля не найдет себе какую-нибудь женщину, но он ответил, что это его личное дело.
– А приятели у него были?
– Приятели? – снова переспросила Бурлакова.
– Ну, друзья, знакомые?
– Наверное, были, – пожала она плечами, – но я о них ничего не знаю. Впрочем, пару раз он упоминал какого-то Валентина.
– Вы не знаете его фамилию?
– Фамилию он не называл, – Екатерина Игоревна с сожалением покачала головой. – Может быть, Семен знает? Он с ним больше общался. Вы его подождите, он скоро должен прийти. Или давайте ему позвоним.
Она поднялась и направилась к полочке с телефонным аппаратом, но Китаец остановил ее.
– Не нужно звонить, Екатерина Игоревна, – произнес он, туша в пепельнице окурок, – по телефону такие вещи лучше не обсуждать.