Шрифт:
— Девчонка конечно лакомый кусочек, но так уж быть, проходите, — он улыбнулся и сделал знак, чтобы жители расступились.
Арес кивнул своим. В начале колонны пошел Рорк, следом за ним Эндо и третьим направил своего коня. Я подняла голову, пытаясь понять, что он задумал.
Огненный хмурым взглядом обводил пристально наблюдавших за нами жителей. Стальной хваткой прижав меня спиной к своей груди, он наклонился и прошептал:
— Крепко держи уздечку, и не мешай мне, если хочешь жить. Дарьян — арниец. Если он решил, что ты им нужна, так просто он не отпустит.
Арес оказался прав. Стоило нам оказаться на площади, как со всех сторон появились вооруженные мужчины с копьями, мечами и другим оружием. Райкхеры тут же окружили коня Ареса, становясь в круг. Я вцепилась в уздечку с такой силой, что пальцы побелели от напряжения.
— Ты же не думал, друг мой, что мы отпустим такую добычу, — Дарьян улыбнулся. — Она будет нашим щитом против мертвых. Эти смердящие твари унесли жизни многих в деревне. Не собираюсь больше никого терять.
Народ поддержал его криками.
— Ты решил посягнуть на собственность огненного, идиот, — ледяным тоном произнес Арес. Я крепко сжала кулаки и едва слышно скрипнула зубами. Его собственность? Кем он себя возомнил? Тихонько выдохнула, пытаясь успокоиться. Не время и не место злиться.
— Кажется, девчонка с тобой не согласна. Малышка, ответь нам, хочешь ли ты жить свободно или стать рабыней, пытающейся рассеять проклятие огненных?
Арес заиграл желваками. Я обернулась и взглянула на мрачное лицо предводителя. Проклятие? Что он имел ввиду? И хоть сквозь капюшон ариец не видел моего лица, но понимающе усмехнулся.
— Ты, конечно, не посвящаешь своих пленниц об их дальнейшей судьбе.
— Заткнись, Дарьян, иначе я не оставлю камня на камне в этой чертовой деревне.
— Малышка, а ты знаешь, что все предыдущие хассе умирали? О да, я все знаю про вашу цивилизованную страну, огненные. И про то, что твои сородичи, милая анара, тридцать лет назад наслали проклятие, которое убило всех их женщин, и что все это время они ищут девственниц, чтобы те нарожали от них детишек. Ну как, много у тебя бастардов, кхору?…
Дарьян внезапно схватился за горло, из которого торчал нож. Я перевела ошарашенный взгляд на висевшую в воздухе руку Ареса, а затем на него самого.
На площади воцарилась тишина.
— Убить всех, кто попытается нас остановить, — приказал Арес, и райкхеры хищно улыбнулись.
— О, я это сделаю с большим удовольствием, — с довольной миной произнес Эндо и вытащил меч из ножен.
Но никто не спешил нападать. Под предводительством Дарьяна они все были смельчаки, но как только он упал на землю замертво, все растерялись.
Тьянхи медленно тронулись вперед. Народ расступался, не отрывая взгляда от отряда. Вдруг нам навстречу с отчаянным криком побежал совсем молодой парень. Худощавый, с угловатой фигурой и длинными руками, в которых неуверенно держал огромный меч. В голубых глазах светилась ярость и боль, светлые волосы были встрепаны, а бледное лицо искажено от ненависти. Прежде чем я успела остановить, Арес вытащил меч и отрубил ему голову. И таким же ловким движением опустил его в ножны.
Я вздрогнула, так и не успев прокричать "нет". Слова застряли в горле, и внезапно подкатила тошнота.
— Он же был совсем молодой, — выдавила я, борясь с желанием выскочить из седла и убежать как можно дальше от Ареса.
— Я предупредил их, — голос его был холоден. — Это был его выбор.
— А я? Разве я виновата в том, что сделал мой народ? — голос дрогнул. Я вспомнила про проклятие. Что же еще натворили они, за что мне теперь предстоит расплачиваться.
— Твой народ отнял у нас будущее, — Арес остановился и, схватив меня за подбородок, повернул к себе. Челюсти сжаты, в глазах тлеет едва заметный огонек. — Я дам тебе выбор. Ты спасла нас, а я не люблю оставаться в долгу. Либо ты станешь наложницей…
Я отшатнулась от него.
— Никогда!
— …Либо дашь возможность нашим магам изучить твою магию и использовать ее для снятия проклятия. Я так понимаю, ты свой выбор уже сделала.
Лошадь снова двинулась вперед. Рука огненного, лежащая на моей талии, не давала мне спокойно дышать. Сердце тяжело билось в груди. И где здесь выбор?
— Никогда добровольно не отдамся ни тебе, ни другому райкхеру, — прошептала с такой решительностью в голосе, чем только рассмешила Ареса.
— Многие с тобой не согласятся, — насмешливо протянул он и наклонился к моему уху. — Меня называют отменным любовником.