Я опустила голову и увидела, как маленький пушистый бочонок жёлтого цвета на лысых тоненьких ножках грозит моему приглядчику кулачком и явно ругается на своём, на грызобарьем.

— Он его укусил, — с умилением сообщил очевидное Цюлун.

Глаза дракона сузились от удовольствия до щёлочек. Хранитель опустился на пол и протянул к малышу каменную лапу, а тот недолго думая проскользнул под неё и принялся извиваться, прикрыв глаза и замурчав, словно кошка. Звук получился странный — нечто среднее между кошачьим мурлыканьем и жужжанием шмеля. Однако дракон расплылся в блаженной улыбке. Ему грызобары очень нравились. Что и требовалось.

Значит, решение принято — эта стая остаётся с нами.

— Вот уж кого не ожидал здесь встретить, так это вас, синарита Рикардо, — раздался за моей спиной голос генерала, звенящий неприкрытым раздражением.

Тон у него был какой-то уж слишком язвительный. Будто Валенсия сидела у него в печёнках. Глаза Яниса сузились, словно он разглядывал не девушку, а особенно коварного монстра.

— Могу вам ответить тем же, синор Град. Я, конечно, слышала о турнире, на котором синарита Милова получила силу, после чего поступила к вам на обучение, но не думала, что оно индивидуальное, — парировала Валенсия точно таким же тоном, при этом её пальцы нервно теребили поясок стильного брючного костюма из замши цвета кофе с молоком.

В воздухе повисло напряжение, словно перед грозой. Я посмотрела на одного, на другую… и увиденное мне не понравилось. Эти двое явно что-то друг к другу испытывали. Бывшие возлюбленные? Или не бывшие, а будущие? Ведь известно, что самые яркие чувства возникают на почве острой неприязни. От ненависти до любви, как говорится. Сердце неприятно екнуло. Почему мне этот факт не понравился, я даже думать не хотела. Даже если где-то глубоко в душе у меня и зародилась симпатия к Янису (а у кого бы она не зародилась к такому выдающемуся со всех сторон мужчине?), самое время ей забиться ещё глубже. Я сглотнула комок в горле, внезапно ощутив во рту горький привкус, и широко улыбнулась.

— Как вижу, вы знакомы, значит, мне не нужно вас друг другу представлять! — бодро воскликнула, нарочито громко хлопнув в ладоши, чтобы разрядить обстановку. — Синарита Рикардо привезла к нам пожить своих очаровательных питомцев, поэтому прошу любить и жаловать.

— А что случилось, Вал? — Янис скрестил руки на груди, и тень от его широких плеч легла на пол.— Родители наконец выгнали тебя из дома? Устали оборонять Розовое зеркало от желающих разжиться дармовой силой, и ты решила свалить это дело на неопытную синариту Милову? Или ты знала, что здесь я?

Я не до конца понимала, в чём именно генерал обвиняет синариту Валенсию. То, что стадо грызобаров — лакомый кусок для тех, кто хочет получить силу Ленностьлюба, — ясно. Но не может же к стенам Семи камней прийти войско? Разве это законно? Я машинально потёрла солнечное сплетение, проверяя Громолюба.

— Не говори глупостей, Ян! — непочтительно фыркнула Валенсия, и её глаза вспыхнули, как два лазурита.

И стало совершенно ясно, что они с генералом знакомы даже слишком хорошо. Слишком близко. Слишком... лично.

— Ну так поведай мне умную причину. Что ты опять натворила? — Янис наклонился вперёд, и жёсткие складки у его рта стали видны особенно отчётливо.

— Эмиль никак не хочет принять идеи равенисток, — вздохнула и понуро созналась Валенсия. — А я, как ты знаешь, вхожу в состав лидеров движения. Родители встали на его сторону. Так что я сама ушла из дома и сама буду защищать своих питомцев, можешь не переживать.

Её голос дрогнул на последних словах, будто она едва сдерживала слёзы. Как-то не так я себе этих самых равенисток представляла.

Генерал закатил глаза.

— Этого мне ещё не хватало, — пробормотал он и повернулся ко мне. — Готовы, синарита Катарина? Пора в гарнизон!

И, развернувшись, стремительно пошагал к выходу.

Я виновато посмотрела на Валенсию и развела руками. Где-то за спиной у меня цокнули когти Цюлуна — дракончик явно наслаждался спектаклем.

— Если вам показалось, что мы вам не рады — это не так. Мне и Цюлуну вы и ваши очаровашки очень понравились, и мы счастливы, что вы теперь с нами. А хозяева здесь мы, так что располагайтесь и чувствуйте себя как дома. Витольд, слушайся во всём синариту Валенсию! — сказала я и поспешила за Янисом.

Догнала у портала. Искристые волны магии уже закручивались в спираль, рисуя в воздухе знакомый овал.

— Почему вы были так грубы с моей гостьей? И кто такой Эмиль? — выпалила я, хватая Яниса за рукав.

Не желая терзаться весь день вопросами вместо полезных тренировок, я впилась в генерала требовательным взглядом. Он остановился, повернулся ко мне и, высвободив рукав, выдал нечто, заставившее меня задаться новыми вопросами:

— Простите, Катарина, — его голос звучал мягко и виновато, — я действительно не должен был так реагировать на синариту Рикардо. Только сейчас пришло в голову, что её присутствие в вашем замке будет вам полезно — оно может объяснить ваши странности. Ровенистки, что с них взять... — сказал загадочно и шагнул в портал.