Я прикусила губу от досады. Извечная проблема, как успеть все и сразу!

— Я помню и собираюсь заняться этим после ужина. Даже склоняюсь к Тяголюбу, — заверила я и выпалила: — Это вы сумки силой Безднолюба заряжаете или Верховный?

Янис закашлялся так, будто ему в рот мошка залетела. Его светящийся шар дернулся и на мгновение погас, затем вспыхнул снова, еще ярче.

— Вы всерьез думаете, что в вашей сумке сила Безднолюба?!

— Нет? Я думала, Тяголюба и Безднолюба.

Тень генерала на стене покачала головой, растягиваясь и изгибаясь, как живая.

— У вас странно работает логика, синарита. Даже ребенок первым делом подумал бы о Ленностьлюбе. Кому не хочется таскать тяжести и он предпочитает уборке все запихнуть в сундук? Конечно же лентяй. Поэтому маги, получившие его силу, облегчают жизнь всем нам.

Я фыркнула, и эхо подхватило мой смешок, разнеся его по всем ответвлениям шахты. Это у них логика работает странно, а не у меня! В жизни бы не подумала, что существует Ленностьлюб.

Но тут из темноты донесся голос Луна:

— Катя, иди скорее сюда! Я их нашел!

Не раздумывая я схватила Яниса за рукав и потащила за собой вместе с его фонарем.

Янис Град

Завалившись на кровать, я раскрыл прихваченную в библиотеке книгу о блудных душах, но погружаться в чтение не спешил.

Сомнений в том, что в теле несчастной Катарины Миловой живет другая душа, у меня уже не осталось. И дело тут даже не в том, что девушка внезапно стала слишком деловой, умной и хваткой — магия меняет характер человека, и такое тоже вполне могло произойти, — и даже не в том, что она порой не знала элементарных вещей и задавала странные вопросы — и такое могло быть, если образованием сироты никто не занимался. Дело было в другом — эта душа была иной, не принадлежащей нашему миру. Она привыкла к другим устоям, была гораздо старше и мыслила так, как привыкла у себя дома.

То есть как бы ни поменял Громолюб характер Катарины, она бы не бросилась внезапно изобретать схему совершенно нового для Горалии предприятия. А эта блудная душа, совершенно не понимая, как это необычно выглядит, поведала мне о своих планах, когда мы вернулись из шахты с горстью драгоценных камней.

— Генерал, а вы можете примерно сказать, сколько денег я выручу за эти камешки? — спросила она за ужином.

Катарина ела свой специальный восстанавливающий паёк, а для себя и старого приглядчика я принес из гарнизона еду. И то, что найденные камни особого восторга в ней не вызвали, — тоже странно. Все местные бы обрадовались, что шахта ожила, а эта Катарина приняла удивительное явление как должное.

— Так как они без огранки, немного, синарита. Может, пару тысяч корон. Но вам этих денег хватит, чтобы нанять прислугу и старателей.

Она побарабанила пальцами по столу и мотнула головой.

— А когда я смогу встретиться с вашим братом? Мне кажется, что его заинтересует моя идея. Я знаете чего хочу?

— Понятия не имею, — пожал я плечами.

И вот тогда Катарина поведала мне свой удивительный план, в котором она превращает Семь камней в гигантский склад, из которого развозит товары по всей Горалии на летающих огромных корзинах. С Сигизмундом она именно эти корзины и хотела обсудить. А в остальном ей помощь не требовалась. План работы предприятия как будто был ей прекрасно знаком и досконально проработан. Но в нашем мире до сих пор подобное никому в голову не приходило, а значит она принесла это из своей прошлой жизни.

И вот теперь я не решался погрузиться в чтение книги, потому что боялся прочесть в ней про блудные души что-то плохое. Такое, что не позволит мне скрыть её появление. Мысль о том, что мою деловую новобранку выставят на арену перед каким-нибудь элитным получателем силы, казалась абсурдной и попросту ужасала. Что это вообще за варварский закон такой? Признаться, на моей памяти ни одну блудную душу не ловили и не казнили.

Я поморщился. И всё же уставился в текст. Нужно этот вопрос прояснить — тогда и станет понятно, что с ней делать.

Читал почти до утра и вот что понял: блудные души — это те, которые вместо перерождения отправились искать, где можно поселиться, чтобы завершить прерванные смертью начинания. Но для этого душа должна быть сильной, целеустремлённой и достаточно молодой, чтобы цепляться за жизнь вместо того, чтобы спокойно переродиться и начать всё сначала.

Из этого вытекало следующее: заурядные личности блудными душами не становились. Но незаурядность не равно порядочность и светлые помыслы. Именно благодаря этому Эуфир впервые познакомился с блудной душой. Им оказался кровавый маньяк и страшный тиран. Это случилось давно и не в Горалии, а в Древноморе. Местные не сразу поняли, что в юного наследника престола вселилась чужая душа. Когда на тот свет внезапно отправились его отец и мать, никто даже представить себе не мог, что с ними расправился родной сын.

Однако, добравшись до власти, самозванец уверился в своей силе и безнаказанности. Он начал ломать устои Древномора: менял законы, проповедовал жёсткое деление общества на касты, ввёл рабство, а потом и вовсе устроил кровавые чистки среди знати. И это были ещё не самые страшные его злодеяния...

Возможно, так бы никто и не догадался о его иномирной сути, но тиран совершил роковую ошибку — выдал себя сам. Он отчаянно хотел вернуться в свой мир и для этого затеял жуткий ритуал с жертвоприношением. Он хотел убить хранителя дворца — немыслимое преступление. И тогда подданные поняли, кого на самом деле впустили в королевскую семью. Они бросили на него лучших бойцов, и оказалось, что убить можно тело, но не блудную душу.